Рассказывал аспирант увлеченно, впрочем, и тема была соответствующая: артефакты домагической эпохи. Читай: доимперской. На то, что аудитория занимается своими делами, этот дядька не обращал ни малейшего внимания.

— Вот и все на сегодня, — сказал он наконец. — Если есть какие-нибудь вопросы…

Не было никакого предчувствия. Никакой причины. Ну, кроме очевидной: Ромке было лень тащиться на тренировку, и он решил потянуть время.

— Расскажите про Маятник, — попросил он.

Лектор замер, недоумевающе глядя на внезапно заговорившую часть интерьера. Похоже, вопросов он не ожидал.

— Студент Кайл Ситар, — на всякий случай уточнил Ромка.

— А… Рысь, да. Очень приятно… А почему именно… А! Вы имеете в виду ЭТОТ Маятник.

Все, включился.

— Ну что же, — теперь, когда аспирант вышел из зависшего состояния, к нему снова вернулся весь его энтузиазм. Похоже, он был благодарен аудитории за интересный вопрос. А что? Вечер. Сумрак за окном. Поднимающиеся вверх амфитеатром столы из мореного дуба в старой аудитории, едва ли не ровеснице темы сегодняшней лекции. Подходящая атмосфера для рассказа.

— Очень, очень интересная машина, — говорил аспирант. — Начну с того, что никто не знает, зачем ее создали. Сфера то есть, конечно, многомерная сфера…

Запутавшись, он махнул рукой, и в воздухе возникло пятиметровое изображение «Проекции Мира» — странная конструкция, которую здешние студенты упоминали обычно в том же контексте, в котором на Земле упоминали теорию относительности со всеми ее черными дырами, струнами и прочими торсионными полями. Все слышали, никто не понимает. Зеленый шар с желтыми вставками, пронизанный бело-голубыми спиралями.

— Он распространяется из центра, то есть из эффективного центра, отсюда, из Анаты, и за полгода добегает до Границы.

Техникой магической презентации преподаватель владел отлично — одновременно с его словами в центре сферы вспыхнула ослепительная золотая точка и раздулась в шар, размером со всю модель, утрачивая, по мере расширения, свою яркость.

— Затем он сжимается обратно…

Сфера вскипела и сдулась до точки.

— В фокусе Маятника происходит выброс энергии, возможно, именно в таком качестве его первоначально и создавали — как генератор… Потом перезарядка, смена вектора…

Схема исчезла, на висящем в воздухе магическом экране появились формулы. Очень много нулей.

— А можно ли его использовать для переноса грузов, — по возможности небрежно поинтересовался Ромка.

— Э… Давайте посмотрим. Захват… — Формулы начали меняться, и Ромкиных знаний сразу перестало хватать.

— Перенос… Э… Только в центр и из центра. Нет способа приказать Маятнику взять что-то из точки А и доставить в точку Б, если эти точки не лежат на радиусе, поскольку пространство Маятника имеет меньшую размерность, а скорость распространения сигнала, по определению, пропорциональна размерности принимающей среды, к тому же…

— А если в центр и из центра, то можно?

— Э… — Похоже, именно этот звук заменял аспиранту лампочку «Процессор занят». — Можно. Но… Э… Объект разрушится.

— Как разрушится? — удивленно спросил Ромка, игнорируя растущее задержкой недовольство аудитории.

— А вот смотрите. — Формулы снова пришли в движение. — Захват. Ставится метка. Не на состав, а на суть, кстати, очень интересно.