— Да не дойдет дело до суда! — чуть не сорвался на крик Грызлов. — Мне важно знать, тот ли он человек, за кого себя выдает.

— А если он выдает себя за другого, как я могу сказать, кто он?

— Это мы установим сами. Главное: знакомо вам это лицо?

— В какой-то мере.

Грызлов вдруг изменил тон и неожиданно перешел на «ты».

— Послушай, Гордов. Ты же хороший оперативник. Так чего так сразу вздулся? Я на тебя попер, да?

— А ты сам как думаешь?

— Конечно, надо бы по-иному, но меня поджимают обстоятельства.

— Что с этим Назаровым? — Гордов почувствовал, что получил право спрашивать.

— Вот чего не знаю, так этого. С бугра на нас скатили команду собрать о нем все, что можно. Так тебе знакомо его лицо?

— Знакомо. Мы ехали в одном поезде из Средней Азии. Он тогда назывался Андреем Назаровым.

— Вы с ним знакомились?

— Специально нет. Я вел группу наркокурьеров.

— Он в нее входил?

— Нет, но такое предположение поначалу было. Впервые я увидел его в Бухаре в чайхане, где местные оперативники показали мне фигурантов. Были сделаны фотоснимки. Потом для меня выяснили, что к наркотикам Назаров отношения не имеет. Он инженер-нефтяник из Туркмении и в чайхане оказался случайно…

— Ты уверен, что он с ними не связан?

— Кто сейчас в чем может быть уверен? Но если за ним что-то есть, то другое.

— Почему так считаешь?

— В поезде его пытались крупно подставить. Именно мои подопечные. В багаж ему вложили пакет наркоты.

— Может, для отвода глаз? Чтобы отвлечь внимание от чего-то другого?

— В этом не было никакой нужды. В бригаде, которая проводила досмотр поезда, имелись их люди.

— Чем все окончилось?

— Вот в этом и фокус. Назаров тут же просек, что в его вещах закладка. Не стал раздумывать и избавился от нее. Собака вышла на запах, но обыск ничего не дал. Искавшие потянули пустышку.

— Значит, Назаров держался осторожно?

— Я бы сказал настороженно. Похоже, что он все время чего-то опасался.

— Ты не заметил, Назарову что-то угрожало?

— Раз ваша артель села ему на хвост, значит, и сейчас угрожает.

— Гордов, брось эти шуточки. Я серьезно.

— Если серьезно, он чего-то опасался. Надо иметь в виду и пропавший пакет с наркотой. Там, судя по его словам, товара было не меньше, чем на один кг. Это деньги. Думаю, у тех, кто делал закладку, образовалась в кармане брешь.

— Тогда зачем закладывали?

— Думали, что Назарова застопорят, а товар свои люди вернут. И потом у них есть надежда, что он пакет не выкинул, а перепрятал. Ради этого его могут пощупать.

— Случаем не знаешь, где он поселился?

— Случаем знаю. Если он говорил правду, то в Акуловке.

— Где это?

— Классиков читать надо, — Гордов усмехнулся. — «Поселок Пушкино горбил Акуловой горою, а низ горы деревней был, кривился крыш корою…» — Это там, где за деревнею дыра, куда уходит солнце? Тогда знаю. Я могу воспользоваться твоим телефоном?

— Как своим.

Грызлов набрал номер.

— Яков Алексеевич? Я с раскопок. Есть причина позаботиться о сохранности экспоната. Поселился он в Акуловке. Ярославская жэдэ. Станция Мамонтовка. Как бы его там неосторожно не повредили.