— Нет! — сказал Булрион, стукнув воина кулаком по груди. — Ты — Устрашитель Зилион. Я помню этот шрам у него на руке, а вон и еще один показывается.

— Я не смог выполнить твою волю, Гвин-садж? — разочарованно сказал воин.

— Пойди оденься, — приказала она.

Он хотел что-то возразить, потом резко повернулся и зашагал по коридору.

Булрион подошел к Гвин.

— Не вышло? — В глазах у него застыли боль и подозрение.

— Он нам все равно пригодится.

Булрион ждал. И все остальные ждали. Они — порядочные люди. Не надо отягощать своей виной их совесть. Отведя глаза, Гвин встала.

— У меня такое чувство, словно я забрела в мужскую баню.

И она пошла по коридору вслед за Васларом.

— Гвин! — позвал ее Булрион.

— Он перепугает весь кратер.

— Гвин, подожди! Она не остановилась.

— Я сейчас. Мне надо сказать ему пару слов.

Воин вышел из своей комнаты, завязывая кушак. Увидев Гвин, он попятился назад. Она вошла вслед за ним и закрыла за собой дверь. В комнате было четыре постели. Одна была не смята. Постели стояли близко друг к другу, и свободного места почти не оставалось. Интересно, в какой постели спал Тигон? Проснуться и увидеть перед собой Череполикого — да от такого кто хочешь завопит. Даже ей было не по себе в обществе нового Васлара.

— Ты Зилион или Васлар Намит? Он издал глухой смешок:

— Васлар.

Но это был не вчерашний тщедушный и заурядный Васлар, чей смех напоминал крик осла. В глазах этого человека посверкивали опасные огоньки.

— И кому ты подчиняешься?

— Тебе. Я же сказал вчера, что благодарен тебе. Это ты превратила меня в Череполикого?

«Это сделала судьба». Гвин не стала отвечать на вопрос.

— Кажется, у тебя в Толамине погибли два брата? Он издал горловой рык, потом радостно улыбнулся:

— Теперь я могу отомстить за них.

— Это будет опасно, очень опасно...

— Не волнуйся, Гвин-садж! У меня теперь нервы Зилиона. Скажи мне, что и как надо сделать.

— Я не знаю как.

— Убить Зорга? — Он опять улыбнулся, и она увидела, то у него, как у настоящего Зилиона, подпилены молодые крепкие зубы.

— Нет! Зорг мне нужен. Нам мешает король. Ты помнишь, Раксал говорил, что побоище в Толамине учинили по приказу Гексциона?

— Тогда я с радостью убью Гексциона, если это нужно тебе. С восторгом! Но как?

— Я же говорю: не знаю. Если ты отправишься к их лагерю и возьмешь с собой огоулграта, то тебе может предоставиться случай. Но это ужасно опасно, Васлар...

— Перестань долдонить про опасность — а то как бы я тебя не стукнул. Я принесу тебе его сердце, садж. И этим окажу услугу всему миру.

Книга седьмая

Книга Поуль,

а она есть Рок, Великая из Великих, дарящая жизнь и отнимающая жизнь, движитель сущего, владычица дней.

59

Глядя на три письма, которые лежали перед ним на постели, Хан А-Лит испытывал чувства близкие к смятению. Все три пришли одновременно, примерно из одного и того же места, но по содержанию противоречили друг другу. Хан А-Лит не привык к неясности. Вот уже почти шестьдесят лет — с тех пор, как заболел звездной немочью — он с легкостью читал мысли любого человека, приблизившегося к нему на расстояние в сто шагов. Был всегда во всем уверен.