– Спасибо, Сезар! Держи! Это для тебя, это для сестры! – я вручил отважному мальчишке медную монету для него и серебряную для Марии. – Только отдай ей так, чтобы никто не видел!

Пацан схватил деньги, и в следующее мгновение они уже исчезли у него за пазухой.

– Сделаю! – он важно кивнул головой, потом спохватился и поклонился мне: – Спасибо, тер Кейлор!

– Вам спасибо. Кстати, куда делся Вальтер?

– Так его в деревню отправили, старостой.

– Понятно.

Не факт, что старый служака симпатизирует мне, но строить при нем планы по моему устранению со стороны Амелии с компанией было бы весьма опрометчиво. Вот и выставили его из замка – вроде и не выгнали совсем, но и доживать свой век в доме лорда не оставили.

Из усыпальницы я возвращался, уже не особо таясь от посторонних взглядов. Если меня хотят отравить, то вряд ли станут убивать до ужина. Пирожки с квашеной капустой – какая прелесть! Особенно учитывая тот факт, что это прежний Тео их любил, а я так терпеть не могу. Так что с большой долей вероятности даже не прикоснулся бы к ним и без предупреждения Марии. Но зато теперь я точно знаю, что меня собираются отравить, причем прямо сегодня. Что ж, предупрежден – значит вооружен. Нужно как-то пережить вечер и ночь, а завтра уже буду все время держаться рядом с людьми городского магистрата да с ними и покину замок.

Вернувшись в свою комнату, я внимательно осмотрелся. Самое обычное помещение: каменные стены, обтянутые старыми гобеленами, узкие окна, которые на ночь полагалось закрывать деревянными ставнями, высокие потолки, три тяжелых настенных подсвечника на всю комнату да один подсвечник поменьше – на столе. Из мебели – здоровенный сундук в углу для хранения вещей, грубо сколоченный стол да две подобного же качества лавки при нем. Ну и кровать с балдахином – несомненно, самая роскошная вещь в этой комнате. Весь мой невеликий багаж был аккуратно уложен поверх сундука. Никаких изменений за время моего краткого отсутствия заметно не было, но это еще ни о чем не говорило.

Компактный трехзарядный арбалет гномьей работы и небольшой запас болтов к нему, упрятанных в компактный кожаный подсумок, я уложил поверх балдахина в уголке. Плотная ткань совсем чуток провисла под тяжестью оружия. Долго задерживаться на ужине я не намерен, а если кто-то в это время пожалует досматривать мою комнату, то сюда полезет в последнюю очередь.

После этого я еще аккуратно простучал все стены на предмет каких-то потайных ходов, но ничего не обнаружил. Да и в памяти не всплывало никаких сведений на этот счет, так что единственным доступным входом в комнату можно было считать дверной проем. Сама же дверь, хотя и не выглядела особенно надежной, запиралась изнутри на массивный железный засов, отпереть который из коридора не представлялось возможным. Так что в комнате я мог себя чувствовать в относительной безопасности. Что ж, мне бы ужин пережить да ночь продержаться…

13

Не мудрствуя лукаво, я повязал на шею подаренный Вистой перед отъездом платок с заклинанием. Активировать его несложно, а действия должно хватить на два часа. Пока не знаю как, но платок должен предупредить меня, если пища отравлена. Интересно, каким образом отравленные пирожки намерены всучить именно мне? А если вдруг кто-то из гостей захочет попробовать?

Когда я пришел в обеденную залу, все действующие лица уже были там. Господское место во главе длинного стола пустовало, и я не стал его занимать. Амелия заняла свой стул с высокой спинкой на противоположном конце стола, Берин и Пагносис сидели от нее по левую руку, Симус – по правую.