— О Энни! — воскликнула Сильвия. — Жаль, что я не смогла предупредить тебя о том, что ужин отменяется!

У Энни опустилось сердце.

— Что-то не так? — спросила она.

— Дело в том, что сегодня не пришли две официантки. — Сильвия потянула подругу в вестибюль. — И в настоящий момент мы все здесь: кто в лес, кто по опилки.

— Не по опилки, а по дрова. — Энни сделала попытку улыбнуться.

— В номере «люкс» ужинают тридцать человек, да и в маленькой комнате в пабе тоже вечеринка. Мне очень жаль, Энни, я с таким нетерпением ждала сегодняшнего вечера, но не могу же я бросить Сиси, когда у нее только одна помощница.

— Я тоже могла бы помочь, — предложила Энни, молясь лишь о том, чтобы от ее помощи не отказались. Она готова была сделать все, что угодно, лишь бы не возвращаться на Орландо-стрит.

— Сильвия! — нетерпеливо закричала Сиси. — Тарелки с супом уже на подносе.

— Иду! — громко отозвалась Сильвия. Она недоверчиво посмотрела на Энни. — Конечно, нам не помешает еще одна пара рук, однако это не самый лучший способ встретить Рождество.

— Да мне абсолютно все равно, что делать.

Сильвия по-прежнему глядела на нее скептически.

— Ты уверена?

Энни закивала головой, вложив в это движение весь энтузиазм, на который только была способна.

— Абсолютно!

— В таком случае вешай пальто и отправляйся на кухню.

— Сильвия!!! — завопила Сиси.

Кухня представляла собой длинную комнату, расположенную в глубине здания. На печке, состоящей из восьми конфорок, стояло несколько кастрюль, а из-под дребезжащих крышек валил пар. Сиси, облачившись в спецодежду, разгоряченная и вспотевшая, нарезала огромную индейку. Какая-то женщина средних лет, одетая так же, как и Сильвия, как раз выходила с подносом, на котором как-то очень уж неустойчиво и кучно стояли тарелки с супом.

— Энни вызвалась нам помочь, — сказала Сильвия.

— Отнеси бутерброды в паб, — отрывисто проговорила Сиси.

— Я покажу тебе, куда идти. — Сильвия тоже взяла поднос с тарелками.

Когда девочки поднимались по лестнице, она сказала:

— Дедушка и бабушка отдыхают. Их самолет задержался, а потом еще и поезд опоздал, поэтому они приехали очень уставшие. Вот мы и пришли. — Она кивнула в сторону двери.

Энни постучала. За дверью слышался несмолкаемый гул, однако никто не отвечал, поэтому она осторожно приоткрыла дверь и вошла.

В комнате было накурено. Дюжина человек, сидящих в креслах, похоже, отчаянно спорили. При виде подноса их руки тотчас потянулись за сэндвичами, и вскоре Энни уже держала в руках совершенно пустое блюдо.

Кто-то закричал:

— Послушайте, мисс, мы хотели бы повторить горячительные напитки. — Тут мужчина обратился к остальным. — Что бы вы хотели выпить?

— Я буду пиво.

— Я тоже.

— А мне виски с имбирем.

Многочисленные заказы посыпались с молниеносной быстротой, поэтому Энни едва успевала их запоминать: четыре пива, три сидра, одно виски с имбирем, две порции джина с тоником, крюшон, апельсиновый ликер.

Повторяя все это себе под нос, она помчалась обратно на кухню.

— Четыре пива, три сидра… — Она бросилась лихорадочно искать листок бумаги и карандаш, а найдя, все записала, тотчас вздохнув с облегчением.