В итоге, спустя две недели, Назарий вновь отправился в путь, а я, вооружившись до зубов, двинулась следом. Я очень сильно надеюсь, что мой жест будет правильно истолкован, и у принимающих хватит разума просто оставить в покое того, кто способен взять и подарить два годовых бюджета империи. Вот приблизительно таким идеалистическим мечтаниям я и предавалась, рассматривая в прицел глинобитную стену окружающую небольшой монастырь и торчащую над стеной кособокую колокольню. Где-то там внутри Назарий сейчас должен был встретиться с приехавшим епископом, надеюсь, мне не придется брать это «укрепление» штурмом, оно бедное и так еле стоит.

Солнце уже целиком выбралось из-за горизонта когда из ворот выбрался довольный Назарий и воодушевлено зашагал в сторону дома, честно просидела в засаде еще три часа и дождалась, наконец, выхода из ворот колонны «воинов» хотя смирение на лицах и смешные коняшки не слишком сочетались с тяжелыми дубинами. Посреди этой «коробочки» трясся бледный человечек, поминутно оглядывающийся на притороченный сзади сундучок, а вот по следу Назария так никто и не пошёл, пора, похоже, сниматься с поста, если хочу успеть его догнать.

Что-то явно я опять не учла, да и куда в итоге подевался этот епископ?

Бусина синяя

Упрямство конечно достоинство… Но отнюдь не человека, а Назарий решил обратить меня в свою веру, при том что сам-то имел о ней весьма смутное представление, и осуществлял эту идею с упорством достойным лучшего применения.

Пара кавалерийских наскоков была отбита походя, потому он, как и положено хорошему тактику, перешел к правильной осаде тщательно готовясь к каждому штурму, наивный. Его вера была конечно на высоте, но никакая сила духа не поможет если гнать войска прямо на пулеметы. А он делал именно это — вместо того чтобы пытаться обращаться к сердцу и душе, которые в принципе никаких особых возражений и не имели, он строил чудовищные логические конструкции пытаясь обосновать совершенно не вообразимые частности, которые если не разваливались под собственным весом, то нестыковок и дыр имели столько — хоть на бронепоезде катайся.

Так что вместо действительно серьезного разговора о том, что действительно могло меня зацепить — выбор дальнейшего пути и места в мире, у нас выходило дурацкое состязание в логике. Дурацкое по тому, что он увлеченно и радостно строил очередной песочный замок захватывающий своей красотой и гармоничностью, а я лупила по этой «оборонительной конструкции» из главного калибра, т. е. простыми фактами, оставляя в душе очередную рану.

И остановится мы не могли, он так видимо проверял на прочность основы своей веры, а то и пытался их пересмотреть, а я… я все никак не могла понять — как можно СТОЛЬКО внимания уделять второстепенному и наносному напрочь порой идя против СУТИ учения. Ведь большинство обоснований мне просто напоминали объяснения почему нужно дышать, а другие вызывали удивления своей искусственностью.

Как-то выведенная из себя я прямо заявила Назарию, что принять его убеждения не могу просто физиологически. На что воодушевленный проповедник заявил, что крещение снимает все прошлые прегрешения и освобождает душу от прежних зависимостей. На что я резонно поинтересовалась — как это распространяется на потребности тела вообще и запрет на «вкушение крови» в частности? И не надо мне про примат духа над телом распространяться — без сырого мяса я просто ослепну на третью неделю такого «поста» и облезу на восьмую, не говоря уже о прочих постах рассчитанных сугубо на человека…

Назарий «выпал в осадок» дня на полтора переворачивая всю свою библиотеку — мог бы и меня спросить, честное слово, я уже давно ее запомнила целиком, да и возможности Тактика в контекстном поиске можно подключить.