Кеган принес коробку на стол перед камином и, под наблюдением сообщников, поддел ножом и сорвал с нее крышку. Все наклонились, чтобы рассмотреть лежавшее в коробке сооружение, тщательно сложенное из планок мыльного камня и других компонентов, покрытых черным лаком и украшенных мелкими резными орнаментами из оникса, черного агата и темно-красного агата. Кори тоже подошел посмотреть: "Это миниатюрный катафалк в старинном стиле — модель, а может быть — игрушка". Кори протянул руку, чтобы достать изделие из коробки, но Кеган схватил его за запястье: "Стой! Эта штука может быть заколдована или наводит порчу! Не прикасайтесь!"

В зал вошел Торкваль в сопровождении стройной темноволосой женщины необычайной красоты.

Кори привлек внимание Торкваля к миниатюрному катафалку: "Вы что-нибудь об этом знаете? Кеган нашел эту штуку в чулане под лестницей".

Заглянув в коробку, Торкваль нахмурился: "Никогда ничего такого не видел".

"В лучших домах Рима такой предмет могли бы использовать как драгоценную солонку", — заметил Эсте.

"Может быть, это надгробный памятник чьей-нибудь любимой кошке, — предположил Гальгус из Даота. — В Фалу-Файле король Одри наряжает спаниелей в штаны из лилового бархата".

"Спрячьте это куда-нибудь, — сухо обронил Торкваль. — Лучше не тревожить древности, не понимая их назначение". Он повернулся к женщине: "Меланкте, позволь представить тебе Кори из Фалонжа и его помощников. Забыл, как их зовут, но вот этот — гунн, тот — римлянин, за ним кельт и бледный призрак из Даота. А эта тварь — то ли стервятник, то ли шакал — заявляет, что он родом из Карпат. Что ты о них думаешь? Не бойся говорить правду — у этих людей не осталось иллюзий".

"Меня они не интересуют", — Меланкте села за стол поодаль от других и стала смотреть в огонь.

Травец прошептал: "Фонер! Что ты видишь?"

"В этой женщине присутствует зеленый дух. Щупальце прикасается к ней, но оно появляется внезапно и так быстро исчезает, что я не могу его проследить".

"Что это значит? В ней средоточие магической субстанции?"

"Нет, она лишь оболочка, манекен, кукла".

Травец задержал взгляд на подруге Торкваля. Меланкте подняла голову и посмотрела по сторонам, нахмурив тонкие брови. Травец отвел глаза и прошептал: "Что это? Она чувствует мое присутствие?"

"Она обеспокоена, но не знает, почему. Не смотри на нее".

"Почему нет? — пробормотал Травец. — Все на нее смотрят. Такой красавицы днем с огнем не сыщешь".

"Не понимаю, о чем ты говоришь".

Вскоре Меланкте удалилась. Торкваль беседовал с Кори примерно полчаса, после чего тоже ушел.

"И что теперь? — вопросил Гальгус. — Спать еще рано, вино — последняя дрянь. Кто сыграет в кости?"

Эсте разглядывал предмет в старой коробке: "Кто поднимет крышку игрушечного катафалка, чтобы посмотреть, что внутри?"

"Только не я", — отрезал Гальгус.

"Не прикасайся к этой штуке, — посоветовал Гунн Измаэль. — Навлечешь сглаз на себя и на всю нашу компанию".

"Не обязательно, — возразил Эсте. — Ясно, что это чья-то мрачная шутка. Кто знает? Катафалк может оказаться сокровищницей, заполненной до краев изумрудами и сапфирами".