– Но почему? – не отставал он.

Я не смела ответить: как придумать правдоподобное объяснение?

– Я… опасна, – ответила я, крепко придерживая Эхо, потому что она корчилась так, будто я бросила ее в кастрюлю с кипящей водой.

– Опасна? – удивился Персей. – Но ты не кажешься опасной.

Я взглянула на своих змей. Никто не видел мою измененную голову, кроме сестер и Аргентуса. В день, когда Афина обратила меня, мы навсегда скрылись от посторонних глаз.

– Тебе лучше оставаться там, – сказала я. – Мои сестры… чересчур опекают меня.

– Почему? Ты сделана из золота и рубинов?

Я не засмеялась.

– Потому что иногда я совершаю глупые поступки.

– Как и все мы.

Я крепко зажмурила глаза, мои змеи зашипели.

– Я обуза.

И тут Персей рассмеялся.

– Как скажешь. Значит, ты живешь здесь с сестрами?

– Да.

– Есть еще кто то на острове?

– Только мы.

– А где твои родители?

– Они далеко.

– Насколько далеко?

– Ты любишь задавать вопросы, Персей. Почему бы тебе не заняться рыбой?

Персей снова рассмеялся. Как будто ничто из сказанного мною не беспокоило его.

– Прости, – ответил он, – я просто пытаюсь познакомиться с тобой.

Несмотря на внутреннее сопротивление, я поняла, что хочу все рассказать Персею. Я ощущала риск даже кровью, но, возможно, просто сильно беспокоилась. Пока он не видит моих змей, я могу рассказать ему о своей семье, правда же?

– Мои родители живут у берегов реки Океан, – начала я хриплым от волнения голосом, – почти на Краю ночи.

– Край ночи? Звучит красиво.

– Так и есть.

– А как ты оказалась здесь?

О боги! Что мне ответить? Вопросы Персея пробудили образы в моей голове. На воде качалась моя маленькая лодочка, а под ней двигалась темная масса. Затем – разъяренная богиня, вспышка света, рождение змей и сестры, пораженные произошедшим…

– Пожалуйста, сядь и поешь, – сказала я, и мой голос задрожал от воспоминаний. – Я знаю, что ты голоден.