ДЬЯКОН. А я за звездочками не гонюсь, слава Богу за все. Бывайте здоровеньки, не кашляйте. (Крестит Мишу, уходит.)

МИША. Я не понял. Объясните, пожалуйста. Я не то что возражаю, но мне надо понять…

ЗООЛОГ. Понимать тут особо нечего, Миша. Лично вам ничего не угрожает, успокойтесь, пейте чай. Мне от вас нужно очень небольшое содействие в очень небольшом вопросе.

МИША (успокаиваясь). Какое содействие?

ЗООЛОГ. Минимальное. Вы его приманите, а остальное предоставьте мне.

МИША. Так. Не понял. Еще раз. Что вы намерены делать?

ЗООЛОГ. Я не буду перед вами отчитываться, что я намерен делать. Я работаю не в такой организации, чтобы каждому кандидату филологических наук объяснять свои действия. От вас требуется очень немногое: откройте дверь и приманите животное. Дальше профессионал разберется сам.

МИША. Минуту, минуту. Вы в какой же организации работаете?

ЗООЛОГ. Слушай, у тебя голова или арбуз? Ты сразу не понял, где я работаю? Послали бы к твоему медведю зоолога из другой организации или нет?

МИША (быстро). Это ладно. Это я готов. Я уже понял, что все из этой организации, а кто не из этой организации, те из Администрации, то есть из той же организации. Но я не понимаю, что ты хочешь с ним делать.

ЗООЛОГ. Господи, тебе-то какая разница? Мы к тебе претензий не имеем, ты все делал как надо, тебя даже не лишают степени. Живи, работай, ради Бога, никто не против. Вымани медведя, и все.

МИША. А сам ты не можешь его выманить?

ЗООЛОГ. Идиот. А стрелять кто будет?

МИША. А кто будет стрелять?

ЗООЛОГ (отходя в сторону, так что зрителям и Мише становится видна огромная пушка). Я буду стрелять, я. Я зоолог, это моя непосредственная обязанность.

МИША. А почему? Почему, ты мне можешь объяснить? Что он сделал?

ЗООЛОГ. Он ничего не сделал. Но Запад, Миша, Запад.

МИША. Что у вас все Запад! Есть деньги — все делается для Запада. Нет денег — все для Запада. Что вам этот Запад, кого он колышет? Какое ему дело до моего медведя?!

ЗООЛОГ. Миша. Пока будет медведь, не будет денег.

МИША. Вы же встали с колен!

ЗООЛОГ. Так точно, встали. Встали с колен и опустились на четвереньки. Деньги нужны, Миша. А при медведе они денег не дают.

МИША. Почему?

ЗООЛОГ. Боятся. Они говорят — или медведь, или деньги. Мы не тянем больше твоего медведя, Миша.

МИША. Ну так не кормите, я сам прокормлю…

ЗООЛОГ. Миша. Пойми, дурацкая твоя голова. Я понимаю твои чувства, все дела. Я, когда у дочери пятнадцатый хомяк умер, сам задумался — может, мы что не так делаем. Но уразумей наконец: пока мы им не покажем шкуру убитого медведя, денег не будет. Они теперь умные, Миша. Они помнят, как мы вставали с колен.

МИША. Слушай, а давай покажем неубитого, а скажем, что убитого. Снимем его, допустим, когда он спит.

ЗООЛОГ. Миша. Если бы это можно было сделать, я бы так и сделал. Честное слово. Мне не тяжело, ты думаешь? Мне очень тяжело тащить сюда эту пушку. Это двадцать килограмм в разобранном виде плюс снаряд. Если бы можно его не убивать, я бы лучше, конечно, тебя. Или не тебя, мало ли. Мне, думаешь, нравится? Но надо его.

МИША. Значит, я приманиваю, а ты стреляешь?

ЗООЛОГ. Ты приманиваешь, а я стреляю.

МИША (вкрадчиво). Слушай, зоолог. Ты же по зверям специалист, верно? А что, если у меня после этого зародится там еще кто-нибудь? Шакал, гиена?

ЗООЛОГ. Это я не подумал. Это да… Но это вряд ли, Миша, честно говоря.

МИША. А по-моему, запросто. Жизнь вышла из воды, помнишь?

ЗООЛОГ. Она из теплой вышла, Миша. А у вас с завтрашнего дня отключают горячую воду.

МИША. Почему?

ЗООЛОГ. Кризис. Во всех домах давно отключили, только у вас еще держали, потому что Запад.