— Он ведь действует намного лучше, правда? — спросила она.

Принцепс Шарак посмотрел на нее. Мягкий взгляд воина никак не соответствовал его славе безжалостного убийцы. Шарак взглянул через стол, где стояли два его товарища — Влад Сузак и Ян Мордант. Сузак держался напряженно и прямо, словно на параде, а Мордант нетерпеливо наклонился вперед, опираясь локтями на край стола.

— Да, он работает лучше, — ответил Шарак.

— Но недостаточно хорошо, — добавил Сузак, стройный истребитель машин.

— Для того чтобы приспособиться, требуется время, — заметила Агата, оглядываясь на обнаженное тело, погруженное в укрепленный сталью резервуар с амниотической жидкостью и соединенное с гололитическим проектором несколькими изолированными кабелями. — Переход от жесткого подключения через разъемы к полному погружению дается нелегко.

— Согласен, — кивнул Шарак. — Но дело не в этом. Повелитель Бурь не в том состоянии, чтобы командовать Легио. Пока еще нет.

Агата показала рукой на проекционный стол:

— Он в одиночку вступил в бой и уничтожил три машины противника. Разве это ничего не стоит?

— Это свидетельствует о его смелости, — сказал Мордант, глядя на Шарака. — Может, мы проявляем излишнюю осторожность?

— Это говорит о бесшабашности, — резко ответил Шарак.

— Кел, это всего лишь имитация, — заметил Мордант. — Это совсем не то, что работа с реальной мультисвязью. Всем известно, как ты рискуешь в имитированных боях, но никогда не подставляешь свою голову в реальности.

— Я и сам об этом знаю, Ян, но, если бы это был настоящий бой, Повелитель Бурь сейчас был бы мертв, и его машина тоже. А это все-таки «Владыка войны».

— Но три машины, Кел… — настаивал Мордант. — Подумай.

Шарак вздохнул:

— Я все понимаю, Ян, правда. Но ты лишь недавно пересел с «Гончей» на «Разбойника».

— А какое это имеет значение?

— Это означает, что ты и сам еще не до конца избавился от своей безрассудности, — сказал Сузак. — Если командуешь большой машиной, ты должен думать не только о личном героизме. Ты обязан помнить об этом, а принцепс Кавалерио тем более.

Агата заметила, как покраснела от гнева шея Морданта, но он сдержался и лишь молча кивнул. Костяшки его пальцев, вцепившихся в край стола, побелели от напряжения.

— Принцепсу Кавалерио следовало дождаться машин своей боевой группы и только тогда ударить по врагу, — произнес Шарак, стараясь говорить как можно мягче. — Наша задача — не проявлять тщетный героизм, Ян, а уничтожать противников, сохраняя при этом и экипаж, и машину.

— Значит, решение остается в силе? — спросил Мордант.

Шарак кивнул:

— Решение принято. До тех пор пока я не сочту, что принцепс Кавалерио готов вернуться к активной деятельности, силами Легио Темпестус на Марсе буду руководить я.

Мордант и Сузак без возражений отдали честь новому старшему принцепсу.

Агата увидела, что свернувшееся в клубок тело Кавалерио дернулось в густой жидкости. Мог ли он слышать, что говорят о нем его воины?

Она надеялась, что нет.

Утрата машины уже причинила ему мучительную боль.

А как мучительно будет ему узнать, что он лишился еще и командования Легио?

При виде Ро-Мю 31 сердце Далии сжала леденящая рука страха.