Комиссия так и не нашла себе никакого дела и не смогла оказать никакой практической помощи населению, но население пришло на помощь комиссии и всемерно старалось оказать почет и уважение гостям. Решит-бей гостеприимно распахнул двери своего дома — самого благоустроенного в Сарыпынаре. Банкетам и приемам, казалось, не будет конца. Отцы города, именитые и богатые жители, будущие кандидаты в председатели управы, не желали отставать от городского головы — они щедро посылали в гостиницы «Мешрудиет» и «Гюндогду», где остановились приезжие, постельное белье, москитные сетки и подносы со всевозможными яствами.

Кое-кто из гостей-вспомогателей бродил вместе со своими новыми друзьями, жителями Сарыпынара, по рынкам и базарам, скупал провизию для пополнения своих зимних запасов, штуками закупал знаменитое сары- пынарское полотно, славившееся дешевизной и отменным качеством. Другие гости предпочитали загородные прогулки и увеселения в садах или же на виноградниках.

Заика-председатель и батальонный имам — а с ними еще несколько приезжих — отправились на два дня в дальнее горное селение, известное горячими источниками, которые исцеляли от ревматизма, а также способствовали укреплению мужской силы.

Из всех званых вечеров, банкетов и прочих развлечений, устроенных в честь приезжих, самым великолепным был пир, который задал Омер-бей в своем поместье, расположенном в двух часах езды от касабы. На этот прием, кроме комиссии, были приглашены все самые почтенные люди из местных жителей и чиновного начальства. Программа празднества не уступала свадебным пиршествам. Оно должно было начаться еще по утреннему холодку, продолжаться целый день и закончиться уже за полночь, при лунном свете.

Омер-бей не забыл послать пригласительное письмо и Халилю Хильми-эфенди, но в ответ на проявление такой вежливости старый каймакам сказал в сердцах: «О господи, покарай ты этого сводника!» Кто знает, может быть, на празднестве окажется и девушка-болгарка, и снова она будет танцевать, сверкая под луной своими обнаженными, перламутровыми руками. Пусть господь покарает и ее!.. Как самая вкусная еда вызывает чувство отвращения у человека, страдающего несварением желудка, так и видение полунагой девушки не могло теперь вызвать у Халиля Хильми-эфенди ничего, кроме неприязни и страха.

Эшреф вернулся с приема очень довольный, всячески превозносил Омер-бея и даже сказал про него: «Вот уж действительно аристократ до мозга костей!»

Как ни странно, но этот прием принес кое-какую пользу и Халилю Хильми-эфенди. Дело в том, что на этот раз Омер-бей не пригласил Ахмеда Масума. Доктор Ариф-бей не замедлил воспользоваться столь благоприятным обстоятельством, чтобы как следует накрутить старшего учителя. Он встретил учителя на главной улице города, обстоятельно побеседовал с ним и отпустил с тайной мыслью посеять семена раздора на общественной ниве. Главной целью доктора было привлечь на свою сторону инженера Дели Кязыма.

Однако всему бывает предел. Наступил день, когда председатель комиссии сказал:

— Что же будем делать, уважаемые друзья? Приехали мы, согласно приказу, тщательно все обследовали, но ничего обнаружить не смогли. У меня, конечно, язык не поворачивается сказать, что уездное начальство обмануло центр, но, по чести говоря, преувеличили они все изрядно. Вы, наверное, читали, как в стамбульских газетах, полученных с сегодняшней почтой, расписаны сарыпынарские события: чуть ли не каменный град низвергся на город и произвел несусветные разрушения. Мне думается, нужно послать мутасаррифу подробную телеграмму и испросить позволения вернуться в санджак. А то дождемся, что и нам придется держать ответ.

Почти все члены комиссии были согласны со своим председателем, хотя пришли к единодушию с легким запозданием. Неудобно все же без дела шляться по базарам да рынкам; уж и так народ начал косо поглядывать, иной раз можно услышать весьма недвусмысленные замечания но своему адресу.