Ей даже никто ни разу не позвонил! Полное одиночество. Видимо, Леля уехала на какие-нибудь Багамы или в деревню к бабушке, поскольку никто мою подследственную своим вниманием не тяготил. Вечером я даже почти решила сдать дела и попросить моего заказчика успокоиться, как вдруг раздался его звонок.

* * *

Она подняла трубку и изменилась в лице.

— Что случилось? — спросила она.

Чернецов напрягся.

— Да, конечно, — сказала она, бросив на него быстрый взгляд, — я попробую… Думаю, он поймет.

Она положила трубку и посмотрела на Андрея.

— Что? — спросил он, пытаясь заставить пересохшие губы двигаться нормально.

— Ничего, — деланно-равнодушно пожала она плечами, — у Лельки, как всегда, неприятности с очередным другом… Теперь она пребывает в истерике и утверждает, что, если я срочно не приеду, она покончит с собой…

Он выдохнул. Что ж, сейчас или никогда. Можно не поверить. Можно закатить истерику. И она не уйдет. Но потом она все равно найдет способ уйти. И поэтому он отпустит ее сейчас.

— Твоя Лелька могла бы сама приехать сюда, — проворчал он, — почему она требует этого от тебя?

— Могла бы, — пожала плечами Алина. — Только… Она сейчас ужасно выглядит. И потом — она, по-моему, боится тебя…

Она закурила сигарету. Сейчас она скажет: «Извини, но я должна ехать».

— Извини, Андрей, — сказала она, убирая глаза за струю дыма, — но мне, кажется, придется исчезнуть. Надеюсь, ты не будешь сердиться.

— Ну, если ты считаешь, что, когда жена исчезает поздно вечером по первому требованию подруги, с которой я даже незнаком, я должен быть спокоен, — пожалуйста, — сказал он и понял, что сделал тон слишком обиженным.

Она взглянула ему в глаза.

— Ты все-таки обиделся, — протянула она. — Хорошо, я не поеду. Мне самой надоели до смерти Лелькины проблемы. Пусть сама их решает.

«У нее это даже неплохо получилось, — отметил он. — Почти естественно. Только маленькие злые огоньки в глазах нетерпеливо пытались вырваться наружу. Что ж, поиграем еще».

— Знаешь, — сказал он, — я вообще думаю, что ты слишком много внимания уделяешь проблемам других. Почему бы тебе не заняться собой?

Она посмотрела на него, округлив глаза.

— Собой? — переспросила она. — А как занимаются собой? Ходят к косметологам и визажистам? Шляются по базарам и бутикам в поисках дорогущей тряпки? Нет уж, давай сразу договоримся — из меня никогда не получится светская львица. А чужими проблемами я занимаюсь, потому что ты пытаешься лишить меня самостоятельности настолько, что даже проблем собственных у меня быть не должно!

Высказавшись, она встала с кресла и прошла в спальню. Еще через секунду она вылетела одетая и рассерженно буркнула:

— Можешь закатить скандал. Я все равно уйду к Лельке.

Он вздохнул. Что ж, он не будет закатывать никаких скандалов. Пусть она идет. Может быть, это и к лучшему.

Как только она скрылась в коридоре, он набрал мой номер. Через десять минут я уже следовала за Алиной, которая мирно, ни о чем не подозревая, неслась к самым крутым неприятностям в своей жизни.

* * *

Позвонив, он опять почувствовал, как внутри поднялся холод сомнения. «Бог мой, во что ты превратился, — спросил он себя. — Неужели с возрастом в нас гаснет светлая искра любви и доверия? Неужели свойственная юности порывистая честность исчезает, уступая место подозрительности и страху, граничащим с подлостью?» Теперь он назвал свои поступки.