|
Он был уполномочен сказать госпоже Кларк, что если она использует свое влияние и поспособствует переводу, то получит вознаграждение в размере двухсот фунтов. В ответ на вопрос полковника Уордла он признал, что обратился к ней с просьбой только потому, что она находилась под покровительством герцога Йоркского. Свидетельские показания доктора Тинна были подтверждены самим господином Робертом Найтом, который добавил, что после опубликования информации о переводе в официальном бюллетене он через своего слугу отправил госпоже Кларк двести фунтов в банкнотах.
Далее шел свидетель, которого все с нетерпением ждали – госпожа Мери Энн Кларк. «Одетая так, как будто ее пригласили на прием, – писала на следующий день „Морнинг Пост“, – в нежно-голубом шелковом платье, отделанном белым мехом, с белой муфтой, в белой шляпке с вуалью, с ослепительной улыбкой на губах, немного вздернутым носиком и искрящимися голубыми глазами, она буквально пленила зал». Полковник Уордл задал ей следующие вопросы: – Скажите, в 1805 году вы проживали в доме на Глочестер Плейс, принадлежащем Его Королевскому Высочеству герцогу Йоркскому? – Да. – Вы жили там с его разрешения? – Обращался ли к вам кто-либо по поводу полковников Брука и Найта? – Да. – Вы обсуждали этот вопрос с главнокомандующим? – Да. – Как вы объяснили, в чем дело? – Я рассказала ему, в чем заключается просьба, и дала бумагу, которую мне передал доктор Тинн. – Какое денежное вознаграждение вы получили? – Двести фунтов. – Главнокомандующий знал о деньгах? – Да. Я показала ему две банкноты достоинством в сто фунтов. Мне кажется, я попросила одного из слуг разменять деньги. Господин Бересфорд, представитель правительства, поднялся, чтобы задать вопросы свидетельнице. – Где вы находились до того, как предстали перед парламентским судом? Свидетельница повернулась и пристально взглянула на него. В зале послышалось хихиканье. Господин Бересфорд покраснел. Немного повысив голос, он повторил свой вопрос. – Где вы находились до того, как предстали перед парламентским судом? – В соседней комнате. – Кто был с вами? – Капитан Томпсон, мисс Клиффорд, госпожа Меткалф, полковник Уордл. – Вы разговаривали с доктором Тинном? – Да, он сидел рядом со мной. – В чем заключался ваш разговор? – Он касался дам, которые были со мной. – О чем вы говорили? – Я не могу повторить. Тема разговора была неделикатной. Зал взорвался громким смехом. Господин Бересфорд сел. Поднялся сэр Вайкари Джиббс, министр юстиции, и, сложив на груди руки и подняв к потолку глаза, начал задавать вопросы свидетельнице. Его манера была совершенно другой, мягкой. Зная это, зал замолчал и принялся слушать. – В какое время года новое назначение полковника Найта было опубликовано в официальном бюллетене? – Кажется, это было в конце июля или в начале августа. Его Королевское Высочество отправлялся в Уэймут, чтобы стать крестным отцом сына лорда Честерфилда. – Когда вы впервые рассказали об этом полковнику Уордлу? – Недавно, примерно месяц назад. – Кому еще вы говорили об этом? – Я не помню. Возможно, своим друзьям. – Преследовали ли вы какую-либо цель, сообщая о вашей связи? – Конечно, нет. – Вы когда-либо утверждали, что у вас есть основания жаловаться на Его Королевское Высочество герцога Йоркского? – Моим друзьям известно, что у меня были основания. |
