— Я с ним так и не встретилась. Его как раз везли ко мне, когда он сбежал. Он сидел в Райкерс вместе с Триппингом.

— Думаешь, Бессемер что-нибудь знает о Пэйдж Воллис? — осведомился Свисток.

— Только то, что мог сказать ему Триппинг. Нет причин считать, что он как-то связан с моей свидетельницей. Но Бессемер пропал, и я понятия не имею, что он хотел мне сообщить.

Детективы входили и выходили из комнаты, пока мы обсуждали Пэйдж Воллис и связанных с ней людей. После двух часов ночи наступило небольшое затишье, и мы вздрогнули, когда на конторке зазвонил телефон.

Майк поднял трубку.

— 1-й округ, — сказал он, подумав, что его попросят подозвать кого-нибудь из детективов. — Да, сэр. Она еще здесь. Мы допрашиваем ее с пристрастием.

Он выслушал сообщение, повесил трубку и повернулся ко мне.

— Это был Батталья. Он звонил в Лэнгли, и они дали ему нужную информацию насчет Гарри Стрэйта. Он больше не работает в ЦРУ. Вот телефон парня, который может рассказать тебе о его прошлом.

— Наверняка они платят ему пенсию или что-то в этом роде. Они должны с ним контактировать. — Я взяла у Майка листок.

— Сомневаюсь. Даже ЦРУ это не под силу. Гарри Стрэйт умер двадцать лет назад.

17

В четыре утра я легла в кровать рядом с Джейком. Он не шевельнулся, когда я скользнула к нему под одеяло, и я подумала, не притворился ли он спящим, чтобы не заводить тягостный разговор о смерти моей свидетельницы. Я провела пальцами по его спине и поцеловала в поясницу. Никакой реакции.

Около семи я проснулась и увидела, что кровать рядом со мной пуста. На спинке стула висела рубашка Джейка. Я надела ее.

Он сидел в кабинете с чашкой кофе и половиной «Санди Таймс». Я остановилась на пороге, ожидая, когда он отвлечется от газеты и посмотрит на меня.

— Доброе утро, — сказала я. — Прости за вчерашний вечер.

— Ты не виновата.

— Как прошел ужин?

— У меня не было настроения, и я с ними не пошел. Вернулся домой сразу после спектакля. Ты что-нибудь ела?

— Мой желудок все равно бы ничего не переварил, — ответила я. — Хочу сварить себе кофе. Тебе сделать?

— Нет, спасибо. Больше не надо.

Я пошла на кухню и наполнила кофейник. Мне хотелось есть, и я положила в тостер английскую булочку. Пока она готовилась, я вернулась в кабинет. Джейк уже перешел к разделу «Стиль».

— Свадьбы — очень увлекательная тема.

— Тут есть довольно милые истории, — отозвался Джейк.

— Невеста специализируется по античности в Колумбийском университете и пишет докторскую диссертацию о сексуальных отношениях в Древнем Риме. Жених получил ученую степень в университете Падьюка, обучаясь по Интернету. Оба без ума от гончих, дельтапланеризма и пепперони, — спародировала я предполагаемое объявление в «Таймс» о помолвке. — Буддийский монах обвенчает жениха-католика и невесту-иудейку на пляже в Саутгемптоне. И все в том же духе.

— Мне интересно, какие препятствия преодолели эти пары, пока добрались до алтаря. Может, меня это вдохновит.

— Я не знала, что тебя нужно вдохновлять.

Джейк отложил газету и посмотрел на меня.

— Как правило, не нужно, Алекс. Но сейчас я растерян. Я знаю, как тебя измотала эта ночь, и понимаю, почему ты должна была уехать с Чэпменом. И что мне теперь сделать, чтобы собрать разбитые кусочки? Я устал расспрашивать тебя о деле и слышать в ответ, что ты не хочешь об этом говорить. Или, еще хуже, что шеф запретил тебе обсуждать со мной эту тему, потому что я работаю репортером.