— Чисто, — крикнул Сергей, осмотрев помещение, он медленно вошёл внутрь, подсвечивая путь тактическим фонариком.

— Что там? — крикнула Жанна.

— Хлам, от пустых трёхлитровых банок до старых лыж, которым стукнуло пятьдесят лет, когда о катастрофе ещё даже не думали, настоящий раритет. Слушай, откуда у наших соотечественников это дурацкая черта, ничего не выкидывать, а складировать в надежде, что пригодится?

Девушка вошла следом, АКМС висел у неё на груди, а в руках были пистолет и фонарь, который существенно добавил света.

— Понятия не имею, — осмотрев завалы из различного хлама, ответила она. — Может, просто люди старой формации. Мы, ведь, не знаем, сколько лет исполнилось хозяину этого дома. Если около пятидесяти, то он родился в Советском Союзе, а тогда в жизни всё было дефицитом, поэтому ничего и не выбрасывали. Мне так дедушка рассказывал. Кстати, — она улыбнулась, — тот ещё старьёвщик, бабушка с ним постоянно боролась. У нас на старой даче стоял вагончик, забитый всяким шмотьём, старыми лыжами, чемоданами, какими-то бутылками, поломанным садовым инвентарём. Будешь рыться?

Рыбак внимательно осмотрел заваленный подвал, глянул на котёл отопления, только он не был завален вещами, и отрицательно покачал головой.

— Быстро осмотрим дом, перетащим трофеи к себе в гараж и пойдём смотреть следующий.

Пока Сергей обследовал второй этаж, девушка быстро осмотрела первый. Ничего интересного: несколько пачек денег в столе, внушительная золотая печатка, но ничего особенного, массивный браслет из того же металла, составленный из толстых звеньев и имени Игорь. Видимо, хозяин дома имел достаточно плохой вкус, украшения были рассчитаны на показуху статуса, такими в не очень качественных отечественных фильмах козыряли бандиты средней руки.

Сверху спустился Сергей.

— Как рыбалка? — поинтересовалась Жанна.

— Неплохо, — положил на стол гладкоствольное полуавтоматический дробовик Benelli M4 Super 90, — человек подготовился к апокалипсису. Ещё три сотни патронов, хороший улов, несколько золотых побрякушек, пистолет ТТ, явно с раскопок, к нему два магазина.

— Я думаю, хозяин был бандитом средней руки, — указав взглядом на печатку и браслет, заметила Жанна. — Вот только непонятно, откуда хлам в подвале.

Тут её взгляд упал на стену, на которой висели несколько фотографий. Похоже, и эта тайна открыта. С пожелтевших, покрытых пылью, фотографий на них смотрел крепкий мужик лет шестидесяти, причём на одной из фотографий были видны руки, пальцы покрыты наколками перстней, а на тыльной стороне ладони изображена половина солнца.

— Сиделец, — бросив взгляд на фотку, прокомментировал Сергей. — Вот это, — он ткнул пальцем в перстень, на котором изображён кинжал, обвитый змеей, — означает агрессию и тайную угрозу. Владелец перстня отбывал наказание за умышленное убийство. А вот этот, что он отсидел от звонка до звонка. А восходящее солнце означает свободу. Похоже, дом может таить в себе немало сюрпризов, нужно хорошенько всё обыскать.

— А хлам в подвале?

— Хлам мог остаться от родителей или ещё каких-то родственников, свалил всё сюда, и хрен бы с ним. Может, не успел выбросить, может, не захотел, — пожав плечами, выдал Сергей вполне правдоподобную версию. — Уходим или устроим тотальный обыск? Если мужик был тёртым, то здесь полно тайников.

— Давай, — согласилась Жанна, — но не долго. Скажем, часок повозимся, если ничего не найдем, то отчаливаем.

Часом ограничиться не удалось. Сергей оказался прав, тайники были повсюду: никому ненужные пачки с долларами, немного золотых украшений, два слитка рыжья каждый по килограмму, наркотики, ещё два ружья.