|
(Способ попросту гениальный, потому что целых 175 лет ему не находилось альтернативы!) И тогда уж наверняка, с первым караваном горнозаводской продукции и для исследования Чусовой тобольский воевода послал не просто абы какого дьяка, а знакомца Виниуса и соавтора идеи — Семёна Ремезова. А «Рязанов», «Резанов» и «Ремизов» — просто искажение фамилии. По указу Государя от 10 февраля Ремезову предписывалось «сделать городу Кунгуру, всему Кунгурскому уезду, сёлам и деревням и рекам чертёж… и для того послать его из Тобольска в Кунгурский уезд и велеть ему тот чертёж сделать и описать, как тот Кунгурский уезд с Сибирским и Уфимским уездами сошёлся и которая река и куда впала и можно и какими судами по ей ходить и суды на ей делать и где есть и какие пороги…» Видимо, пока на Уткинской пристани весной 1703 года крестьяне строили дощаники, Ремезов совершил путешествие в недалёкий отсюда Кунгур. Исследовав кунгурский край, Ремезов вычертил план города Кунгура (по которому сейчас в Кунгурском краеведческом музее построен макет). В кунгурском архиве он обнаружил старейший документ о походе Ермака — «Краткую Сибирскую летопись (Кунгурскую)». Тогда же Ремезов выполнил и первую карту Кунгурской ледяной пещеры (эта карта, вырванная из русской книги, ныне хранится в библиотеке университета в Лейпциге). Воевода Черкасский отписал в Москву, что 8 июля 1703 года Семён Ремезов вместе с сыном Леонтием сдал в приказную палату Тобольска чертёжную книгу города Кунгура с пятью чертежами и описанием к ним.
Может быть, Семён Ульянович дошёл с караваном до Москвы и уже оттуда вернулся в Тобольск (от 18 июня до 8 июля можно было исхитриться и домчаться от Москвы до Тобольска). Может быть, Ремезов сошёл с каравана на полпути — там, где дальнейшая дорога становилась уже известна и потому надобность в картографе отпадала. А возможно, что с первым «железным караваном» отправился не сам Семён Ульянович, а его сын и помощник Семён Семёнович. Кто-то из «Семёнов Ремезовых» оставил своё описание Чусовой, в котором сказано: «Чюсовая река камениста, быстрая, крутолуковая, береги и утёсы каменные, и в тех утёсах есть многие бойцы каменные». Именем Семёна Ульяновича Ремезова в Тобольске названа площадь возле кремля. На стене кремля мозаикой выложен портрет Ремезова, а на Красной площади перед Софийским собором стоит памятник Ремезову. О таких подвижниках на ниве изучения Отечества, каким был и он сам, Ремезов писал: «Правда во всех хранима, и за сиё между ними всеми великая живёт любовь и подвиг беззавистно…» Опробованный Ремезовым способ доставки грузов (по Чусовой в барках) горное начальство сочло исключительно удобным. Этим способом заводчики пользовались и дальше до 1878 года (до сдачи в эксплуатацию Горнозаводской железной дороги). Однако и после появления железной дороги сплав «железных караванов» хоть и значительно уменьшился в масштабах, но не исчез совсем. Последний сплав прошёл в 1918 году — уже во время Гражданской войны, когда железная дорога была блокирована мятежом белочехов. Как выглядел сплав «железных караванов»? Начало сплава было очень масштабным, великолепно организованным и синхронизированным мероприятием. Его «процедура» сложилась к середине XVIII века. Обзор «Россия. Полное географическое описание нашего отечества» описывает это «мероприятие» так: «К неудобствам судоходства по Чусовой должно отнести также мелководье во многих местах, подводные камни и каменистый грунт дна, не позволяющий судам стоять на якоре. Для устранения мелководья придуман был довольно остроумный способ. В верховьях Чусовой и по притокам её при горных заводах устроены большие запасные пруды, из которых весной перед сплавом караванов судов в назначенный день спускают разом всю воду. До устройства горнозаводской дороги только благодаря этому искусственному половодью и могли барки с грузом в 10–12 тыс. |
