Летом 1899 года по Уралу прошла одна из самых авторитетных научных экспедиций, посвящённых уральской железной промышленности. Она была организована по инициативе министра финансов С. Ю. Витте. Министр поставил перед экспедицией две цели: оценка состояния горнозаводского дела и рекомендации по его модернизации. Экспедицию возглавил великий русский учёный Д. И. Менделеев. Кроме него в основной состав экспедиции вошли учёные и металлурги П. А. Земятченский, С. П. Вуколов и К. Н. Егоров. Уральская Горнозаводская железная дорога выделила экспедиции специальный вагон. Участники экспедиции посетили очень и очень многие заводы Урала. В бассейне Чусовой Менделеев лично побывал на Чусовском, Билимбаевском и Шайтанских заводах. Его спутники посетили Ревду, Кын, Лысьву и Серебрянку. Особое внимание экспедиция уделила уральским лесам. По результатам экспедиции в 1900 году вышла капитальнейшая книга Д. И. Менделеева «Уральская железная промышленность».

Только в 1893 году завершилась такая долгая эпопея открытия Чусовой, когда геолог Пётр Кротов наконец-то установил её подлинные истоки — озеро Сурны. П. И. Кротов и В. А. Рожков руководили орогидрографической экспедицией Русского географического общества на Среднем Урале. Но лишь в 1972 году исток Чусовой был отмечен обелиском с надписью: «Здесь начинается река Чусовая».

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

ЧЬЯ ТЫ ТЕПЕРЬ, РЕКА ТЕСНИН?

СОПЕРНИКИ КАРАВАНОВ

«Горнозаводская цивилизация» погибала. Но вольные люди не желали погибать вместе с ней. Не желали погибать не только в переносном смысле, но и в прямом — погибать на «железных караванах». Люди желали иметь на них собственный бизнес. Ведь «железные караваны» были не только способом доставить товары от производителя к потребителю. Это действительно был бизнес — большой для некоторых, малый — для всех. Бизнес, суливший огромные барыши тому, кто сумеет его «оседлать». А как его можно «оседлать»? Как обычно: сыграть на недостатках организации. Проще говоря — предложить новый способ транспортировки горнозаводских грузов, чтобы этот новый способ был избавлен от недостатков старого.

У «железных караванов» было два главных недостатка: сезонность и «одноразовость». Зимой чусовской путь, понятно, для судов был закрыт. А барка была очень трудоёмка в изготовлении, но служила только один раз, потому что не могла самостоятельно подняться вверх по течению обратно к пристани (бурлацкая тяга стоила слишком дорого; дешевле было новую барку построить). Что могло заменить барку в плане «одноразовости» её использования? Правильно: пароход.

Первый в мире пароход «Клермонт» был построен Робертом Фултоном в Нью-Йорке в 1807 году. Первый пароход в России — «Елизавета» — был построен немцем Карлом Бердом в Санкт- Петербурге в 1815 году. Кстати, пароходы тогда называли «водоходами» или «пироскафами» (а народ звал их попросту — «чёртовы расшивы»). А вот первый собственно русский пароход в 1816 году построили неподалёку от строгановского Усолья на заводе Пожва на Каме. Завод принадлежал Всеволоду Всеволожскому. В. Всеволожский унаследовал его от своего бездетного дяди-сенатора, который, в свою очередь, купил этот завод у Строгановых, а заодно с заводом купил и чусовские соляные промыслы. Точнее, Всеволожский построил не один пароход, а сразу два.