Кемпбел впился в нее взглядом.

— Так какова же твоя позиция, Элен? — спросил он.

— Ты знаешь.

— А может, ты еще немного поразмыслишь над этим?

— Я же просила тебя не являться сюда с угрозами!

Кемпбела раздирали противоречия. Ему не хотелось причинять ей зло, но если он не будет работать над этим фильмом, то и Элен тоже. Все ополчились против него, решили выкинуть его, как последнее ничтожество. Вот здесь-то они и ошиблись, он не так прост, а уж если выполнит то, что задумал, конечно, с помощью Диллис Фишер, то покажет им, на что способен…

ГЛАВА 15

События разворачивались с головокружительной быстротой. Кирстен, и Лоренс, не теряя времени даром, вели переговоры со своими банками, поверенными и бухгалтерами, а в офисах, арендованных ими на Виндмилл-стрит, через пять недель после того памятного обеда вовсю кипела работа по подготовке к производству фильма и набору персонала. В шестикомнатных апартаментах на четвертом этаже старинного викторианского дома уже практически не хватало места.

Квартира настоятельно нуждалась в косметическом ремонте, но теперь, когда на стенах появились расписания работ, списки сотрудников съемочной бригады и актеров, первые наброски, фотографии, списки телефонов и тысяча других необходимых вещей, осыпающаяся краска стала уже не так заметна. Два офиса попросторней занимали производственный отдел киностудии, бухгалтерия, руководители павильонных и натурных съемок, а также секретариат производственного отдела. Помрежи, ведающие подбором актеров, и их ассистенты разместились в одной из комнат, выходящих в холл, где некогда была, по-видимому, очень большая спальня, агент по рекламе со своей группой заняли следующую комнату. В самом конце холла находился офис Кирстен и Лоренса, к нему примыкало крошечное помещение вроде мезонина, переоборудованное в кинозал, также предназначавшееся для спутниковой связи с Новым Орлеаном: здесь прослушивали американских актеров. Личные помощники Лоренса и Кирстен разместились в холле, где кроме того находились запасные столы для дизайнеров по костюмам и гриму, дублеров и группы операторов. Гам царили такая суматоха и возбуждение, что всем было уже не до жалоб на тесноту. Те, кто ощущал это неудобство, могли работать на дому или перебирались в студию Элисон, арендованную ею поблизости на Коулвилл-плейс.

Кирстен работала в основном с Руби, Элисон и Джейком, режиссером-оператором. С Джейком, по-мальчишески миловидным молодым человеком и большим женолюбом, Лоренсу приходилось работать раньше, равно как и с многими другими членами новой команды. Но пока только с ним Кирстен достигла взаимопонимания.

Впрочем, Кирстен неожиданно удалось наладить отношения и с Руби. Это произошло в квартире Руби, когда Кирстен случайно открыла альбом с фотографиями, лежавший на журнальном столике. Увидев, что Руби вошла в комнату, Кирстен, извинившись, поспешно закрыла альбом. Но Руби теперь сама показала ей фотографии времен своей молодости, глядя на них с нескрываемой гордостью. При этом она так разительно изменила манеру обращения с Кирстен, что та растрогалась и попросила ее рассказать о прежних днях. Руби, совершенно трезвая, настроилась на лирический лад. С каждой фотографией была связана какая-нибудь история, а воспоминания все более смягчали ее. Когда Руби закрыла альбом, солнце уже зашло. В тот день они не работали над сценарием, но Кирстен знала, что это один из самых плодотворных дней, проведенных ею с Руби. Обнаружив ахиллесову пяту Руби, Кирстен решила извлечь из этого пользу для них обеих. К великому удовольствию Руби, она даже согласилась выпить джина с тоником и засиделась далеко за полночь.

Руби, конечно, не стала после этого сговорчивей, но дальнейшая совместная работа уже не вызывала у нее вспышек негодования и ревности. Кирстен понравилось беседовать с Руби, в трезвом состоянии она проявляла остроту ума и творческие способности.