Тор терпеливо повторил свою историю, после чего поклонился, и королеве снова показалось, что он видит ее сквозь занавески.

– Э-э-э… – протянул Лярд. – Ее величество королева Сильвен рассмотрит твою жалобу. М-м-м… теперь мы выслушаем капитана Квиста…

Янус Квист шагнул вперед.

– Я подаю жалобу на Хэрида, старшего помощника капитана «Осы», Ваше величество. Мой юный шурин, – он похлопал по плечу Локки, – нанялся на «Осу», чтобы расплатиться за дорогу до Кипреса и встретиться со мной. Когда «Оса» затонула, почтенный Гинт помог спастись ему и юнге, после чего Хэрид и его люди схватили всех троих. В первую же ночь моего шурина… м-м-м… насильно использовали для удовлетворения похоти. Проще говоря, Хэрид и его люди надругались над ним. Если бы не лекарский дар почтенного Гинта… думаю, мальчика уже не было бы в живых.

– Благодарю вас, капитан, – ответил Лярд. – Королева Сильвен рассмотрит жалобу.

Последняя жалоба. Теперь оставалось только ждать решения королевы… которая оказалась в весьма непростом положении.

Она не знала, с чего начать. Кажется, все ясно: Хэрид – жестокий мерзавец, для которого нет ничего святого. Эти трое, если разобраться, рассказали одну историю: один начал, другой продолжил, третий закончил. Но что сделать, чтобы никто из них не был обижен? Внезапно королева Сильвен поймала себя на том, что снова смотрит на Торкина Гинта. Он невероятно красив… но не только от этого она забывала дышать.

Королева подняла руку. Она была готова огласить решение, но обычай не позволял ей опуститься до того, чтобы самой обратиться к Хозяину Рынка. Толстяку дала знак ее камеристка; тот произнес положенную фразу, призывая всех к вниманию и, наконец, королева заговорила.

– Капитан Квист. Жалобу на Хэрида должен подавать твой шурин, а не ты. Ты должен уступить ему право требовать с Хэрида возмещения ущерба. Что же до самого Хэрида, то и он сам, и его люди знали, что мальчик не может быть продан в рабство, однако собирались выставить его на торги. Это недопустимо.

Квист кивнул.

– Тем не менее, я считаю, что у Адонго из племени моруков больше оснований подавать жалобу на Хэрида, чем твоего шурина, поэтому его жалоба должна быть удовлетворена первой. Если Хэрид останется жив, ему придется ответить согласно жалобе твоего шурина. Однако все, что удастся выручить от продажи этих рабов – твое. Это плата за ожидание. Также хочу сообщить, что твой шурин свободен.

– А Торкин Гинт, Выше величество? – подал голос почтенный Лярд.

– Он не раб и никогда не был рабом. Он свободен и может покинуть Кипрес когда пожелает.

Сильвен заметила, что упомянутый Торкин Гинт немного изменился в лице. Радуется? Непонятно… но она это непременно узнает.

– Адонго из племени моруков, – произнесла королева.

Вождь снова шагнул вперед.

– Я не вправе освободить тебя. Ты раб и теперь принадлежишь капитану Янусу Квисту. Только он может дать тебе свободу. Но у тебя есть возможность отомстить за смерть семьи. Ты будешь сражаться?

– Да, Ваше величество.

– Тогда… да будет бой. Надеюсь, вы закончите до полудня. В полдень рынок открывается.

Аудиенция закончилась, но королева собиралась остаться на рыночной площади и посмотреть, как исполняется ее решение.

Янус Квист и его подручные, Тор и Локки обступили Адонго. С Хэридом остались только Берид и Блут. Ни тот, ни другой не мог похвастаться, что сохраняют присутствие духа. Они знали: если Хэрид проиграет, их участь будет весьма печальна.

– Тор, – сказал Локки, – познакомься, это Янус Квист.