Создатели шоу позиционировали его как Американский Идол для подростков, и к несчастью, прослушивание проходило в нашем городе. Это было самое захватывающее событие, которое видел Пуллман с тех пор... ну, за всё время своего существования. Не имело значения, что прослушивания проводились ещё в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке, Чикаго, Майами, Далласе или что победитель почти наверняка будет выбран из больших городов. Продюсеры хотели, чтобы участники приезжали со всей Америки, чтобы показать, что суперзвезда может происходить откуда угодно. Поэтому в качестве поднятия рейтинга они предлагали место одному певцу или группе из Пуллмана.

Я думала, что они приезжают сюда по большей части, чтобы посмеяться над нами. Я имею в виду, правда, как может городишко, в котором всего 700 детей ходят в старшую школу соревноваться с Лос-Анджелесом? Они просто подумали, что мы— кучка чудаков, одетых в лохмотья и фальшиво поющих под песни из фильма Звуки Музыки.

Только никто, кроме меня, не думал об этом в таком ключе. В школе говорили только об этом. Один из нас будет выступать на телевидении перед всей нацией. Что, если один из нас выиграет весь конкурс? Люди, которые не знали семи нот, внезапно начинали разражаться песнями посреди школьного коридора. Создавалось ощущение, что тебя похитила огромная музыкальная группа.

Я умею петь, но я слишком реалистично смотрю на вещи для того, чтобы думать, что у меня внезапно откроют, бросят в лимузин и повезут на звукозаписывающую студию. Я и мои друзья даже не ходили на прослушивание. Зачем?

Но Эдриан и Рик были убеждены, что судьба послала им это шоу только для того, чтобы запустить Рика в небеса. И мне приходилось об этом слышать уже целую неделю с тех пор, как объявили о прослушиваниях. Счастье, что осталось всего три недели до их приезда и три недели до того, как мы сможем забыть об этом злосчастном эпизоде. Вероятно, я не буду слишком сильно издеваться, когда Рик не пройдёт.

Мои подруги взяли свои помпоны и рюкзаки и пошли к дверям. Они, вероятно, остались бы подольше ну, по меньшей мере, Рашель и Обри, если бы Рик не приставал к нам.

Уходя, Обри бросила взгляд на Рика, и потом посмотрела на меня.

— Ты можешь прийти ко мне на ужин, если хочешь.

Обри — сущий ангел. Я даже не сомневалась. Я вышла из двери и крикнула через плечо:

— Я иду к Обри. Скажи маме, когда она вернется домой.

Я знала, что Эдриан, вероятно, так не сделает. Но это меня не волновало. Мама может позвонить мне. Кроме того, она не очень волновалась о том, где я бываю. Это единственное преимущество в том, что у тебя непослушная сестра. В сравнении, ты всегда хороший ребёнок.

Вернувшись домой, я услышала, как мама и Эдриан ругаются на кухне. Мама распространялась о доверии и о том, что Эдриан нужно подчиняться правилам. Потом Эдриан говорила о том, что мамы никогда нет дома, поэтому правила несправедливые. Мама что-то сказала, я не расслышала, но Эдриан потопала в свою комнату заявляя, что она нас всех ненавидит.

Если я закрою глаза, то увижу, как Эдриан с косичками следует за мной везде со щенячьим обожанием в глазах, но недавно она стряхнула свою любовь ко мне, как человек стряхивает воду с зонта.

После того, как Эдриан захлопнула свою дверь, мама вошла в гостиную, чтобы выпытать у меня информацию. "Сколько здесь был Рик?" Я не знала, потому что ушла сразу после того как он назвал меня Опасно Блондинистой точка. "Зачем он пришел? Вероятно, для того, чтобы мучить меня. Что он и Эдриан делали вместе? Оскорбляли меня, моих друзей, мою музыку и выпили остатки газировки".

Потом мама набросилась на меня, за то, что я оставила их вдвоём.