Она неловко повернулась, ноги у нее заплелись, и она упала на сообщника, инстинктивно попытавшегося подхватить ее. Во время этого короткого замешательства Коплан рванул провод торшера. Комната погрузилась в полную темноту.

Пытаясь восстановить равновесие, парочка наткнулась на одно из кресел. Мужчина, не выпустивший из рук пистолет, выругался и в ярости толкнул девушку на банкетку. Та упала на спину и застонала. Неизвестный повернулся и пошел на ощупь к выключателю. Держа палец на спусковом крючке, навострив уши, чтобы уловить малейший звук, он быстро водил рукой по двери, затем по притолоке. Он не заметил, что его ботинки выделяются на фоне света из прихожей, пробивающегося через щель внизу.

Лежа на животе с пистолетом в руке, Коплан определил местонахождение противника. Он рванулся к нему, как спринтер со старта, в ту секунду, когда комнату залил ослепительно яркий свет. Левой рукой он отвел в сторону ствол пистолета неизвестного, а рукояткой своего оружия ударил его в лоб. В тот же момент послышался тихий звук, и пуля ударила в стену, а оглушенный стрелок закачался на месте. Коплан покончил с ним вторым ударом по голове и отступил, чтобы он мог упасть, не встречая препятствий. Затем он повернулся и остановил на девушке парализующий взгляд.

— Вы вынуждаете меня еще на некоторое время воспользоваться вашим гостеприимством, — усмехнулся он с ледяной иронией. — Смените место. Бог его знает, что еще может лежать под вашими подушками.

Говоря это, он вытянул ногу и поставил ее на оружие, выпавшее из разжавшихся пальцев мужчины.

Лиз Шартрен поднялась. Ее лицо было белым как мел.

— В угол, лицом к стене, — приказал Франсис.

Она подчинилась, словно во сне. Когда она повернулась к нему спиной, он нагнулся, взял пистолет, сунул его в карман брюк, потом убрал свой и посмотрел на жертву.

Тип был оглушен. Рана не кровоточила, но на лбу буквально на глазах росла шишка. Его лицо было бледным.

Коплан снял с него ремень и связал ноги, затем оттащил на середину комнаты, освобождая путь в прихожую. Повернувшись к по-прежнему неподвижной молодой женщине, он сказал:

— Ваши отношения с Дюпюи, очевидно, были более дружескими, чем вы утверждали... Он оставил вам специальные приказания на случай моего появления?

Она не ответила.

Коплан осмотрел банкетку и обнаружил между подушками миниатюрный браунинг. Тогда он снял пальто, бросил его на кресло и сел, уперев локти в колени.

— Ладно, не стойте, как китайская ваза, — бросил он прелестной канадке. — Теперь вас будет допрашивать не почтительный инспектор, а друг Жиля Кордо.

Глава 6

Лиз Шартрен повернулась на каблуках. Ее лицо было замкнутым, глаза упрямо смотрели в пол.

— С какой целью вы привели Дюпюи к инженеру Пьеру Шово? — сухо спросил Коплан. — Рассказывайте, и поживее.

Он знал, что она ищет правдоподобные увертки, чтобы направить его по ложному следу; поскольку она не ответила сразу, он подскочил к ней и влепил пощечину твердой, как дерево, ладонью.

— Поторопитесь, — прошипел он, схватив ее за плечи, и ударил по другой щеке. — Если вы из тех, кто любит побои, вы их получите.

Он схватил ее за горло и грубо тряхнул, потом зажал в углу комнаты. Правой рукой он нажал на ее подбородок, а левой схватил пальцы и стиснул их так сильно, словно хотел их сломать.

Откинув назад голову, она никак не могла разжать челюсти, чтобы закричать. Через три секунды она убедилась, что воспринимать предупреждения незваного гостя надо всерьез. Коплан отпустил ее.

— Понятно, Лиз? — буркнул он. — Зачем Дюпюи пошел к Шово?

Она попыталась перевести дыхание и машинально массировала поврежденную руку.

— Он ничего не просил... — выговорила она бесцветным голосом. — Это я.