|
Весь этот бомонд был в меру разбавлен знаменитостями – то мелькнет известный телеведущий, который ушел от старой жены (она была моложе его всего на 30 лет), чтобы жениться на новой – моложе уже на 40. То горделиво прошагает рядом мускулистый актер из тех, кого пресса с восторгом называет секс-символом, в то время как все в тусовке знают, что по причине пьянки секс для него давно превратился в ненужный символ. То в сторону туалета глубокомысленно прошествует певица и ведущая ток-шоу, похожая на продавщицу из продуктового ларька – как говорят, без понюшки кокса она никогда на сцену не выходит, а в последнее время перешла на кое-что посильнее… Машка периодически вываливала на меня новости этой тусовочной жизни, и я уже стала думать, что лучше бы мне их не знать. Ни на одного кумира юности без слез не взглянешь! Пока я с тоской провожала взглядом одного из таких кумиров, который, как оказалось, давно любит только мальчиков, меня вдруг кто-то окликнул:
– Ленка! Привет!
Я обернулась и увидела Сережку Фисенко – бывшего однокурсника. Сережка, прежде тоненький розовощекий херувимчик, как-то резко раздался в плечах и посолиднел, так что, если бы не этот окрик, я могла бы его и не признать.
– Ой, Серега! Рада тебя видеть!
– И я. Отлично выглядишь! Молодец!
– Ты тоже отлично! Заматерел! Сразу видно – начальник! Взгляд такой стальной!
– Да? – с надеждой спросил Серега. Он всегда легко покупался на мои подколки. На самом деле – и это порадовало – его младенчески голубые глаза смотрели на меня все так же беспомощно-влюбленно. Мы не виделись лет семь, с тех пор как Сережка женился. О, как мучила я его всю студенческую юность! Что может быть приятнее, чем втыкать словесные булавки в такую вот розовощекую податливо-влюбленную мякоть! Собственно, он и нужен был мне на роль ухажера-тюфяка: я тогда втрескалась в его заносчивого приятеля, а мужики – существа стадные, им всегда интересно, чего это их друг нашел в той дурехе? Словом, к Сереге я относилась потребительски и с глубоким чувством юмора. Мне и в голову не приходило, что это могло его хоть как-то задевать – казалось, смешной парень-пупс и нервную систему имеет кукольную. Но все было серьезнее. Увидев меня целующейся со своим другом, Серега все понял и тихо отчалил. Мы еще какое-то время перезванивались, потом и звонки сошли на нет. А вот с Сашкой – своим другом – он больше не разговаривал. Никогда.
Уже позже от общих знакомых я узнала, что он женился и резко пошел в гору. Его тесть оказался какой-то шишкой в Министерстве здравоохранения, что-то там распределял и распределил как надо: у Сережки появилась сначала одна своя клиника, потом две. Дальше связь с приятелями оборвалась, и о Сережке я уже ничего не слышала. Сам он не звонил, хотя телефоны я не меняла. Ну и я не объявлялась – неудобно как-то, вроде, когда он был бедный и неуспешный, я над ним смеялась, а как преуспел – так здрасьте, вот и я!
Словом, случайной встрече я была рада. Да и он, судя по виду, тоже.
– Пойдем к нам за столик! – сказал Серега, приобнимая меня за призывно оголенные плечи.
– Ты с женой?
– Нет, она на такие мероприятия не ходит! – как-то похолодел он голосом. – А ты с мужем?
– С каким мужем? Я свободна как ветер.
– Как же Сашка?
– Мы расстались сразу после выпуска. Он уехал на стажировку в Лондон и исчез, – просто сказала я.
– Ленка, ты куда пропала! – схватила меня Машка за руку. – Я уже думала, ты познакомилась с каким-нибудь нефтяным магнатом и слиняла с бала без меня!
Тут она увидела Серегу, и ее лицо немедленно застыло – так застывает кобра перед смертельным броском. |