Шамиширак заулыбался, снова разглядывая ворона.

— Держи, — он протянул мне обеих птиц, затем хохотнул: — Теперь у тебя есть мой индикатор жизни. Так что знай, если орел вдруг превратится в труху, значит — я умер.

Эта шутка едва ли показалась мне смешной, я растерянно усмехнулся и забрал птиц.

Затем мы договорились с мастером о следующей встрече и на том распрощались.

Я возвращался в корпус Адаршат в приподнятом настроении. А также воодушевлённый новостью, что со мной в одной комнате живёт будущий урджа-мастер. Надо же, несмотря на то, что Алех такой болтун, ни разу не обмолвился что у него начальный урджа-дар. Да, пусть и слабый, но это ведь отличная возможность тренировать плетения врат не выходя из комнаты. К тому же с Алехом мне не нужно опасаться, что он поймёт, что именно я делаю. Он, скорее всего, даже не заметит, что я отражаю его дар.

Я, насвистывая и перепрыгивая через ступеньку, летел по лестнице, торопясь в свою комнату и вдруг запнулся.

На пролёте между этажами стояла Бет в одном лёгком полупрозрачном халатике и, улыбаясь, смотрела на меня.

— Здравствуй, Азиз, — сказала она, одним движением потянув за пояс и развязав халат.

— Бет, у тебя всё в порядке? — хотел добавить с «головой» но решил, что сейчас будет лишнее.

— Конечно, — изогнувшись кошкой, Бет смахнула с себя халат, оставшись в нижнем ярко-красном кружевном бельё. Нет, ну точно спятила!

— Что ты творишь? Ты в своем уме? — я попятился вниз по лестнице. — Тебя могут увидеть.

— Мне плевать, ничего не могу с собой поделать, просто меня невероятно возбуждают всякие ущербные. Например, умственно отсталые.

Где-то внизу раздался дикий смех. Так, ясно. Одно только неясно, как им удалось уговорить пойти на такое Бет.

— От тебя точно не ожидал, — сказал я и резко отодвинул её от прохода, но не тут-то было.

Бет неожиданно сильным уверенным движением прижала меня к стене, а затем и вовсе схватила за горло. Совсем не по-девчоночьи. Откуда в ней столько силы?

Внезапно всё схлынуло. Тонкое личико Бет резко пропало и теперь меня злобно сверлил глазами тот самый хлыщ из столовой.

Ну конечно, иллюзия! Как я сразу не догадался?

Я резко оттолкнул его от себя.

На лестнице, не прекращая ржать, появился и второй — прыщавый здоровяк, друг хлыща.

— Ничего интереснее не смогли придумать? — спросил я, наблюдая за тем, как они медленно приближаются.

Неужели решились накинуться прямо здесь на лестнице.

— Нет, это предупреждение, — злобно сказал хлыщ, приблизившись вплотную. Мы были с ним приблизительно одного роста, и сейчас он смотрел прямо мне в глаза. — Я видел, как ты заигрывал с Бет, ещё раз увижу, будешь страдать. Она моя. Понял?

— Да? — усмехнулся я, едва сдерживая смех. Ну, неужели не мог придумать что-то менее банальное? И как только с таким воображением он стал иллюзионистом?

— А лучшего предлога не придумал? — я начал напирать на него грудью. — Неужели дело действительно в Бет? Ты так в себе неуверен? Дело ведь в другом, да? В твоём отце? Как его звали, напомни…

Хлыщ побледнел и на миг растерялся. Я же всего-то хотел, наконец, узнать имя его отца.

— Заткнись, выродок, — злобно прошипел он. — Я тебя уничтожу, мы вас всех уничтожим!

— И что же ты мне сделаешь? Убьёшь? Серьёзно? — усмехнулся я.

Я наступал, а хлыщ сам того не замечая, пятился назад. Но неожиданно его друг здоровяк сорвался с места, заламывая мне сзади руки. Орёл и ворон, гулко стукнувшись, упали на пол.