Кайла подтянула колени к груди и, обхватив руками, положила на них голову. Волна густых темно-рыжих волос закрыла ей лицо. Казалось, она хочет спрятаться от его взгляда.

– Как вы обнаружили меня?

– Здесь или в гостинице?

– Здесь.

– Повезло.

– А в гостинице?

– Повезло.

Горькая улыбка искривила ей губы.

– Похоже, вы родились под счастливой звездой, лорд Стрэтмор.

И снова он не смог ничего ответить. Она настолько явно обозначила пропасть между ними, что он не смог найти слов, чтобы перекинуть через него мостик. Это заставило его почувствовать раздражение. Действительно ли у него есть счастливая звезда? Что ж, будет видно, когда он вернется в Лондон.

Роланд поднялся на ноги и, взяв ее за руки, поднял и притянул к себе. Затем свистнул. Внезапно из тумана появился его конь.

– Едем, – коротко сказал он, подсаживая ее в седло.

Затем сам легко, едва касаясь стремян, вскочил сзади и крепко обхватил ее рукой за талию.

– Мои люди поймали вашего коня. Мы встретим их, вернувшись назад на тропу.

Кайла промолчала, только крепче сжала руки у себя на коленях.

Туман так и не поднялся, хотя они прождали почти до заката. Роланд приказал разбить лагерь, солдаты снова поставили палатки. В одну из них удалилась Кайла. Так, по крайней мере, можно было не беспокоиться о ней некоторое время, пока солдаты собирались по двое и по трое после погони.

– Она таки заставила нас всех погоняться за собой, – недовольно пробурчал Гилкрист, один из людей короля. – Да еще и целый день пропал впустую!

Тот факт, что в любом случае они не смогли бы ехать дальше в таком тумане, о чем совершенно правильно напомнил Дункан, капитан Роланда, никак не смягчил крайне раздраженных мужчин.

Надо сказать, что люди Роланда почти ничем не выражали возмущения и не брюзжали. Они были достаточно закаленными и привыкшими ко всему воинами. Но вот люди короля вели себя отвратительно: громко ругались и поносили Кайлу, готовые свалить на нее все неприятности, обрушившиеся на них из-за плохой погоды. Впрочем, Роланд особенно не обращал на них внимание. Люди короля не осмелятся на открытое возмущение. Фактически они все подчинялись сейчас ему вплоть до завершения задания. Неважно, что они говорили, главное, что они его слушались, этого было достаточно.

Конечно, все устали. Всем уже осточертел север, и все жаждали вернуться поскорее домой, в Лондон. А после Лондона Роланда ждал Лорей, к которому он стремился всей душой, а значит, никто не мог желать скорейшего возвращения больше, чем он сам.

Он слышал, как Дункан урезонивает остальных солдат, разбившихся на группы возле дымящих в сыром воздухе костров, и знал, что может всегда на него положиться. Он поможет успокоить недовольных, взвинченных, измученных постоянными переходами воинов, которым не с кем воевать. Роланд знал, что бойцы его уважают и слушаются. Ну а если действительно возникнет что-нибудь серьезное, Дункан предупредит его, и тогда он справится с этим сам.

А в настоящий момент Роланд решил, что пришло время поужинать с возмутительницей спокойствия и причиной всех этих безобразий. Он сказал себе, что хочет всего лишь убедиться, что с ней все в порядке. Ему просто необходимо самому взглянуть, как она себя чувствует после этого приключения. Она не стала есть, возможно, плохо себя чувствует или даже серьезно заболела. А ему необходимо доставить ее в Лондон в целости и сохранности и сдать королю. И, разумеется, к его беспокойству и желанию ее увидеть не имеет никакого отношения то, что он ни на минуту не может забыть о ее горячем поцелуе, терпком, сладком…

Тем не менее он сначала обошел всех своих людей, проверил часовых и только после этого направился к ее палатке.