Бледная, как покойница, Лин стояла, опираясь на плечо Гайто, а он поддерживал её, приобняв осторожно за талию.

— Крейз, я теперь местный «дюраселл».

— Что?

— Что слышал… — Она облизнула пересохшие губы. — Питание всего этого грёбаного комплекса идёт теперь через меня.

— Откуда ты знаешь? — пробормотал Гайто, поражённый не меньше, чем я.

— Ты бы знал, если бы тебе в вену воткнули иглу и принялись откачивать кровь? — прошипела Лин сквозь зубы. — Мы… Чёрт подери, Крейз, мы в полной жопе, нам надо…

При всём желании я не мог услышать, что именно нам надо. Потому что в этот момент с отчаянным грохотом начали рушиться стены вокруг базы.

* * *

Прощай, друг!

Ты отчаянно сражался, и в нашем поражении нет твоей вины.

Место Силы проиграло войну с Чёрной Гнилью.

Ты жил, как воин, а теперь тебе предстоит умереть, как воину.

Не опозорь имя, которое досталось тебе от величайшего воина моего народа.

Удачи!

* * *

День пятый. 139 боевых единиц человеческого ресурса. 46 боевых единиц человеческого ресурса небоеспособны. 6 боевых единиц негуманоидного ресурса. Боеспособность Места Силы: приблизительно 9.9 % от запланированной

Кричали все одновременно. Я, Лин, Гайто. Но я даже собственного голоса не слышал. Поэтому вместо того, чтобы кричать, я бросился бежать ко входу в наш корпус.

Ликрама я потерял из виду, не знал даже, жив ли он. Поэтому когда натолкнулся на Грэма, который, разинув рот, смотрел на рушащуюся сверху стену, я решил взять на себя функции всеобщего командира хотя бы временно.

— В киберов! — рявкнул я Грэму на ухо. — В киберов — и убивать этих мразей!

Мразей я пока, к слову, не видел. Но шестое чувство подсказывало, что они не замедлят ворваться сюда и полакомиться сладеньким.

Я рванул на себя дверь корпуса, влетел внутрь вместе с порывом ветра. Тут было более-менее тихо, толстые стены глушили грохот снаружи.

Все, кто мог, высыпали наружу. Оставались лишь те, кто недавно вернулся с вылета, те, кому посчастливилось не загреметь в лечебницу. Они вяло шевелились на койках, щурясь, смотрели на меня, Лин и Гайто.

— Что там за шум? — громко зевнул Сайко. — Что, не могли вести себя по…

Он осекся, рывком сел на своей койке и вытаращил глаза.

— Пресвятая жопа, я не сплю?! Лин?!

Его крик разбудил Алеф. Она вскочила, как пружиной подброшенная, и закричала:

— Лин!

Бросилась бежать, налетела на Лин, едва не повалив, обняла её. Лин рассеянно похлопала её по плечу. Казалось, её разум был где-то далеко-далеко, не здесь. Она будто прислушивалась к чему-то, что не предназначалось для наших ушей и наших умов.

Для неё всё это, скорее всего, тоже не предназначалось, просто Лин, моими стараниями, оказалась там, где людям оказываться не полагалось от слова совсем.

— Секундочку, — прокряхтел со своей койки Данк. — Эти «прописи» — они мне не приснились?

— «Прощай, друг»? — откликнулся Хиккс.

Они переглянулись через всю казарму.

— Твою мать, — сказала Сиби. — Говно.

— Слабо сказано, — откликнулся Майлд. — Схожу за красным кристаллом, есть такое чувство, что он пригодится.

И тут открылась дверь, ведущая в коридор.

В казарму вошёл Цхай.

Кто-то из пятёрки Хиккса, чья койка была ближе всех к двери, первым подошёл к нему.

— Оклемался? Поздравляю, брат.