– В этом году Осенний фестиваль мы провалим, – предупреждаю я.

– Ты провалишь, – поправляет меня Рив.

Я возмущенно поворачиваюсь к нему.

– Нет, виноваты будем все мы, а особенно ты. Ты же знаешь, как нравится детям вся эта беготня с Джейсоном. Почему бы тебе хотя бы…

– Что тут непонятного? – рявкает Рив, показывая на костыли.

– И как он, по-твоему, будет бегать за малышней по спортивному залу на костылях? – спрашивает Ренни и стонет. – Ты что, совсем ку-ку?

– Он же каждый день тренируется! – возражаю я дрожащим голосом.

Ренни склоняется Риву.

– Да, в бассейне и тренажерном зале. Он не может нагружать ногу, Лилия. Не говори о вещах, в которых ничего не понимаешь.

Рив кладет руку на плечо Ренни. Та откидывается на спинку стула и возмущенно трясет головой. Потом она отворачивается и снова начинает болтать о своем костюме.

И тут до меня доходит: Ренни это сделала специально. Она подстроила все так, чтобы мне никто не помогал и чтобы я осталась в полном одиночестве. Она убедила Эшлин собрать всех у себя, зная, что я не смогу присоединиться.

И я, наконец, ясно осознаю – Ренни не просто на меня злится. Она больше не считает меня своим другом. Она окончательно со мной порвала. А если уж Ренни порвала, то она просто обязана сделать так, чтобы и все остальные тоже. Сколько раз я видела, как Ренни проделывала то же самое с другими. Сделать человека изгоем только потому, что он ее чем-то когда-то разозлил. Я видела, как это происходит, и молчала, стоя в сторонке. Боялась, а отстраниться было проще всего. Никогда и в голову не приходило, что и меня это тоже коснется.

Алек недоуменно оглядывает стол.

– Ребята, вы серьезно? Не можете помочь Лил всего один вечер? – Никто не ответил, и он швыряет вилку на поднос. – Ну и дерьмо же вы все! Лил, что мне делать? Говори, что тебе нужно.

Опустив голову, я быстро собираю вещи и спокойно отвечаю:

– Если у тебя есть время, не мог бы ты прийти ко мне на выходных и помочь собрать мешки с конфетами для призов?

Алекс кивает.

– Я приду вечером сразу после тренировки, – говорит он громко, окидывая всех взглядом, потом оборачивается ко мне и с ухмылкой добавляет: – Не волнуйся, я сначала приму душ.

Мне стоит огромных усилий улыбнуться ему, и я отвечаю.

– Хорошо бы.

Потом я добираюсь до парковки и плачу в машине. Мы столько пережили вместе с Ренни, и вот, как все закончилось.

Мы с Надей и Алексом организовали в нашей гостиной конвейер. Надя укладывает в мешки стаканчики с арахисовым маслом, сникерсы и кислые леденцы, Алекс – Фаерболз, Лемонхед и Старбаст, а я – Нерд и Лолипопс и завязываю ленты на мешках бантами. Это самый скучный вечер пятницы в моей жизни, но я все равно счастлива, что мы выполнили задуманное.

Я оглядываю результат нашей работы.

– Вам не кажется, что этот мешок легче, чем остальные?

– Алекс не доложил туда Фаерболз, – ябедничает Надя.

– Предательница, – отвечает он и пихает ее в бок. – Все отлично. Просто я решил сделать какому-то ребенку добро, у него меньше дырок в зубах будет.