– Переход завершен, – объявил рулевой О'Халли.

– Благодарю, старшина. И вас, мистер Канияма. Превосходная работа.

Она увидела, как расплылось лицо астрогатора в ответ на ее комплимент, и снова посмотрела на Чу.

– Переключайтесь на импеллер, мистер Чу.

– Слушаюсь, мэм. Есть переключиться на импеллер.

«Пилигрим» сложил свои «крылья», вырвавшись из «объятий» гравитационного потока, и старшине О'Халли не понадобилось приказа, чтобы активировать корабельный клин. Судно стало наращивать скорость прямо от портала перехода, освобождая дорогу следующему за ним «Парнасу», и направилось в сторону трассы на Грегор, а Хонор снова проверила схему.

Терминал Грегора имел собственные орбитальные крепости, но были они намного меньше и малочисленнее, чем в Мантикоре, и лейтенант Казенс, откашлявшись, произнес:

– Пограничный командный пункт Грегора на связи,мэм.

– Сообщите им наш номер, – ответила Хонор.

Всем кораблям посылали один и тот же запрос, а затем пропускали, поскольку, по большому счету, это была простая формальность. Корабли могли двигаться в сторону Мантикоры и обратно через любой терминал туннеля, но прямой переход от одного терминала к другому был невозможен, любое прибывающее сюда судно вынуждено было проходить через Центральный Узел Сети. Но пограничный пункт Грегора исправно выполнял свои обязанности, и Хонор оценила, насколько быстро поступил запрос.

– Нас пропускают, миледи, – доложил Казенс. – Контр-адмирал Фрейснер рад приветствовать вас на Грегоре и сожалеет о том, что вы не сможете отобедать с ним, – добавил он.

Хонор улыбнулась:

– Передайте мой привет адмиралу. Поблагодарите его и скажите, что я с нетерпением буду ожидать возможности пообедать с ним на обратном пути.

– Слушаюсь, миледи.

Хонор снова посмотрела на монитор – позади как раз вспыхнуло пятно: за ее кораблем появился «Парнас» и тоже, как «Пилигрим», врубил ускорение, – и пожалела, что не сможет воспользоваться гостеприимством Фрейснера. К сожалению, за пределами пограничного командного пункта Грегора все должны были верить, что эскадра – обычный небольшой конвой из четырех судов, и было бы крайне странным со стороны командующего пикетом пригласить шкипера проходящего мимо торгового корабля на обед. Кроме того, ее ожидал эскорт конвоя опергруппы 1037, который должен был присоединиться к ним на пути в Саксонию, ближайшую узловую систему Конфедерации. Старший офицер эскорта, состоявшего из двух эсминцев, знала, чем на самом деле являются корабли Хонор, но она была, единственным информированным человеком в конвое, и Хонор надеялась, что коммандер Элиот будет помнить, что ей следует обращаться с их кораблями с той нетерпеливой грубоватой любезностью, с которой сталкиваются обычные торговые суда.

– Вы запеленговали маяк конвоя, мисс Хьюз?

– Так точно, миледи, – ответила лейтенант-коммандер Дженифер Хьюз, тактик «Пилигрима». – Курс ноль-один-три на один-ноль-один. Расстояние – два-точка-три миллиона километров.

– Благодарю вас. Присоединяйтесь к соседям, мистер Канияма.

– Есть, мэм. Рулевой, вектор ноль-один-три на один-ноль-один, ускорение – пятьдесят g .

– Есть курс ноль-один-три на один-ноль-один на пятидесяти g , – ответил О'Халли.

Хонор, закинув ногу на ногу, задумалась над предчувствиями, бурлившими глубоко в ее сознании. Несмотря на дикую спешку, на тысячу неприятных мелочей и вопросов без ответа (особенно по поводу качественного состава экипажа, а также истинного характера угрозы, с которой ей придется столкнуться), снова оказавшись на королевской службе, она чувствовала себя, как птица в полете.