— Камуфляж, да. Защитная мимикрия, да, — прошептала Логан. — Но плотоядное животное, имитирующее небо…

Кохома тоже был испуган, особенно когда понял, что мог бы оказаться на месте брайя, если бы не вмешались фуркоты.

Борн вздохнул и обернулся.

— Я не знаю, как это объяснить, но небо — это небо, а клаудер — это клаудер. Ходить под его брюхом — значит лишиться жизни.

Они опять вернулись на прежнее место. Пристыженные Логан и Кохома шли следом, тревожно оглядываясь назад на притягательный бледно-голубой круг.

— Пока ты думаешь, что эта экосистема уже изучена, — пробормотал Кохома, — все хищники и их жертвы узнаны и описаны, что-то совершенно невиданное в это время щелкает над твоей головой. Хищники, имитирующие небо! В следующий раз, я думаю, Борн предупредит нас о том, что имитирует пустоту!

Прошло несколько недель. Путники достигли удобной пещеры в углублении скалы. Пещера со стенами из деревьев была достаточно большой и свободной. Все шестеро уместились в ней, Борн и Лостинг жестом показали двум гигантам остановиться. А сами осторожно подошли к изобилующей пещерами скале, оружие было наготове. Непохоже, чтобы такое хорошее, прочное убежище пустовало.

Но тем не менее, это оказалось именно так. Ни Руума-Хум, ни Джелливан не обнаружили никаких следов. Войдя в пещеру, охотники увидели только очень старый навоз и много сухостоя, который можно было использовать для костров.

В эту ночь яркое пламя осветило пещеру, ее темные стены, состоящие из переплетения деревьев и коры. Борн изучающе смотрел на гигантов.

Под успокаивающим действием огня и надежного укрытия он впервые за несколько дней был расположен к разговору.

— Я почти готов поверить, что вы на самом деле пришли из другого мира.

Выражение лица Кохомы не изменилось, но Логан выглядела довольной.

— Это большой шаг, Борн, и очень важный. Я не удивляюсь, что вы его сделали. Из ваших людей вы наиболее восприимчивы, наиболее чувствительны к переменам, к новым идеям. Это будет вам необходимо в будущем.

Она пошевелила палкой угли в костре, прислушалась к журчанью ручейка.

— Знаешь, Борн, когда твои братья встретились с нами — людьми из другого мира, то кто-то из вас должен был понимать нас. Иначе могла бы произойти трагедия.

Логан спокойно взглянула на Борна.

— Я рада, что этим человеком оказался ты. Лучшего и желать нельзя.

Когда ты спас меня и Жана от летающего демона, я поняла, что ты сможешь помочь нам и в главном — вернуться домой.

Лостинг слушал и ничего не говорил. Его уважение к смелости Борна было настолько же велико, как и неприязнь к нему. Он прижался к Джелливану и слушал, что будет говорить Борн в ответ Логан.

— Мир, откуда вы пришли, не производит очень привлекательного впечатления, — отвечал Борн и жестом попросил Кохому не спешить с возражениями, — но это дело личного выбора. Несомненно, то же самое вы чувствуете и по отношению к нашему миру. Это не имеет значения.

Борн сделал паузу, нагнувшись вперед, чтобы выделить последние слова.

— Я хотел бы знать, — продолжал он, — если вы так довольны своим собственным миром и другими мирами, о существовании которых вы знаете, то почему вы, так ненавидя наш мир, оказались здесь?

Его лицо внезапно озарилось отсветами огня, и выглядел он вовсе не примитивно.

Кохома и Логан переглянулись.

— Есть две причины, Борн, — наконец сказала она. — Одну понять просто; другую, я думаю, ты поймешь со временем. Я не знаю, сможет ли понять это вождь Сэнд или шаман Ридер.

Она повертела в руках палку, отбросила раскаленный уголек в залитый дождем уголок пещеры.