— Вран, — позвала Юлия, выйдя на середину рунного круга.

— Да, боярыня, чего изволите? — отозвался тут же хранитель рода.

— Перекинь меня с сыновьями в Новоградскую усадьбу. Пора им выйти в свет. Осенний бал сегодня.

— Сию секунду, Ваше сиятельство, — и вокруг троих Воронцовых закрутилась призрачная спираль перехода.

— Ну, наконец-то, — отлипнув от стенки, шагая навстречу жене и сыновьям, сказал Константин. — Нехорошо опаздывать на такое важное для каждого боярина мероприятие.

— Еще час, — обнимая мужа и целуя в губы, ответила Юлия, — а тут до терема княжеского всего ничего, десять минут ехать.

Константин улыбнулся и, выпустив из объятий жену, по очереди обнял сыновей.

— Ну что, готовы?

— Да, отец, — слаженно ответили бояричи.

— Тогда пойдемте, нечего тут торчать.

Он взял Юлию под руку и повел к выходу, мальчишки, понимающе переглянувшись, пошли следом.

— Как твой рейд прошел, все живы?

— Да, милая, все хорошо, — ответил Воронцов.

Последние недели боярин во главе отряда искоренителей провел на границе с тьмой. Да, пятнадцать лет назад удалось остановить вторжение, лишить тьму знамени, но земли, завоеванные тьмой, так и остались под ней. Великая Княгиня, занявшая трон отца, воспользовалась правом призыва и, собрав огромную рать, двинула ее на тьму. Вот только не было у людей силы, чтобы разгромить орду. Случилось, как и предсказывал Воронцов, люди встали на границе с тьмой, и держали ее, не давая тварям прорваться в возрожденную, но еще не такую сильную империю. Могучие ведуны с Ладой заседали месяцами, ища способ, как бы уничтожить тьму, но артефакт, созданный в королевствах, по-прежнему прикрывал часть континента, давая тварям защиту и укрытие. Два неудачных похода за артефактом не принесли результата, большинство из тех, кто ушел во тьму, погибли или пропали, немногие вернулись обратно. И был создан барьер, разделивший тьму и людей. Тогда же возникло вольное братство искоренителей, а Константин, как отмеченный Сварогом, встал во главе. И теперь эти мужчины и женщины несли службу на засечной черте, оберегая империю, платя за спокойствие своими жизнями.

За пятнадцать лет удалось очистить земли империи от той погани, что в них скрывалась, чернота больше она не приходила в росские земли на три дня по весне. Рось начала вставать на ноги, оставшиеся непокоренными тьмой латинянские королевства добровольно влились в состав империи на правах провинций, имевших своих правителей и знать. Но тьма на западе ищет лазейки и находит их, вот искоренители и охотятся на них, дабы не творили они бесчинств.

Константин толкнул тяжелую дверь, выходя в большую приемную залу столичного особняка рода Воронцовых.

— Здрав желаю, Ваши сиятельства, — рявкнули стоящие у дверей гвардейцы.

Юлия кивнула и пошла в сторону лестницы. Можно было не торопиться, с полчаса прогулочным шагом, десять минут на машине. Она бросила взгляд на огромные напольные часы, приезжать рано — дурной тон, все боярские рода и видные аристократы имели в столице особняки, где можно было дождаться. Те, кто приезжал на бал, снимали номера в многочисленных гостиных дворах.

Юлия подошла к окну особняка и, откинув занавеску, выглянула на людную площадь. Красивый вид на набережную, по которой прогуливались хорошо одетые люди. Столица изменилась. Ее отстроили заново, исчезли все трущобы, их просто не было больше, теперь тут имели право селиться только люди с определенным доходом, и никаких производств, что осталось, перенесли в несколько небольших промышленных городков ниже по реке.

Константин подошел к ней со спины и, положив руки на талию, поцеловал в затылок.

— Прическу помнешь, — запротестовала Юлия. — Кто мне ее поправит? Служанки мои все там, на востоке, остались.