В декабре 1632 года армия Шеина вплотную придвинулась к стенам Смоленска. С наступлением весны русские приступили к методическому обстрелу крепости, в первые летние дни предприняли общий штурм. Войскам не удалось прорвать мощную линию укреплений города. Они отступили, понеся большие потери.

Тем временем произошли события, которых никто не мог предвидеть. В битве под Лютценом шведы нанесли большие потери австрийской армии, но лишились своего вождя. Со смертью короля Густава Адольфа русско шведский военный союз рухнул.

В Польше бескоролевье продолжалось недолго. На престол вступил королевич Владислав. Не опасаясь вторжения с запада, Речь Посполитая направила все свои силы под Смоленск.

Михаил и Филарет рассчитывали на поддержку Швеции и Османской империи. Но вышло так, что России пришлось вести войну разом с Крымом и Речью Посполитой.

В 1632 году Крым предпринял крупное вторжение на Русь. Московскому командованию пришлось на полгода отложить наступление главных сил на Смоленск. В июле 1633 года до двадцати тысяч татар прорвали русскую оборону на Оке, вышли к Серпухову, а оттуда двинулись мимо Каширы к Рязани. Королевская дипломатия одержала крупную победу. Литовский канцлер Радзивилл писал в те дни: «Не спорю, как это по богословски, хорошо ли поганцев напускать на христиан, но по земной политике вышло это очень хорошо».

Русские власти опасались, что от Рязани крымцы повернут к Москве. В столице было введено осадное положение. Дьяки произвели перепись дворов и расписали посадских людей по крепостным стенам.

Положение усугублялось тем, что в Москве, как писал А. Олеарий, началось поветрие и эпидемия чумы, долго не стихавшая.

Орда связала московские силы в самый трудный момент смоленской войны. 25 августа к Смоленску подошла армия короля Владислава, насчитывавшая 23 000 человек.

Шеин блокировал Смоленск, придвинув полк Прозоровского вплотную к крепости, на Покровскую гору. Основные силы армии располагались поодаль, в укрепленном лагере. Разделение сил таило в себе опасность. Поляки имели возможность произвести вылазку из крепости и одновременно ударить по отряду Прозоровского с тыла и разгромить его.

Шеин, получив разрешение из Москвы, приказал воеводе покинуть Покровскую гору и отступить в острожек. Поляки разорвали осадное кольцо русских, а затем блокировали армию Шеина в его лагере.

Воевода тщетно взывал о подкреплениях. Его собственные силы быстро таяли. Многомесячная осада утомила войска. Осенью в непогоду и туман служилые люди толпами покидали лагерь. Жалобы сменились воплем. «Рать твоя, государь, разбежалась!» – писал Шеин в очередном донесении в Москву. Дворяне южных уездов спешили вернуться в разоренные поместья, чтобы спасти то, что уцелело после татарского набега.

18 ноября 1633 года Боярская дума отдала приказ о формировании новой армии для помощи Шеину. Во главе рати были поставлены бояре князья Дмитрий Черкасский и Дмитрий Пожарский.

Попав в окружение, рать Шеина израсходовала продовольствие. Ее силы подрывали голод и эпидемии. К началу 1634 года в лагере было никак не менее двух тысяч больных. Войско быстро теряло боеспособность. Пока жив был Филарет, воевода пользовался прочной поддержкой в московских верхах. Со смертью патриарха в столице подняли голову недоброжелатели Шеина.

Сбор сил затянулся. Подкрепления, обещанные царем и думой, не трогались с места, хотя и находились в Вязьме. Шеину и его помощникам пришлось самим позаботиться о спасении армии от распада. Любые отсрочки были чреваты гибельными последствиями. Чтобы вывести армию из кольца окружения, надо было договориться с Владиславом. Иноземные офицеры поддержали решение Шеина. Они, как говорили в то время, высказались за отвод армии от стен Смоленска.