– Спасибо тебе. Если хочешь… потом мы можем пойти и заняться сексом.

Он хмыкнул:

– Не получится. Тебе сейчас не это надо. И перестань пытаться со мной расплатиться. Сколько требуется времени, чтобы ты поняла, что такие моменты, как сейчас, имеют для меня особую ценность? Разумеется, это случается только в те редкие минуты, когда я не ушибленная сексом свинья.

– Или задница.

– Вот ты улыбаешься. – Он ласково массировал ей шею. – Хороший знак. Теперь закрой глаза, и я расскажу тебе о своей жизни, о том, как я был контрабандистом на Востоке и каким я тогда был молодым и дико красивым. Разумеется, я все еще молод и дико красив, но уже не такой дурак. Помню, однажды я пытался найти корабль, отправляющийся в Шанхай…

11

Чавез позвонил на следующее утро.

– Как прошла ночь? – спросил он, когда Гален передал трубку Елене. – Боюсь, бедняге Луису пришлось плохо. Разумеется, я сам спал прекрасно.

– Я не отдам тебе Барри, – сказала Елена. – Но ведь тебе нужен не только он. Я встречусь с тобой, если хочешь. Ты не желаешь попробовать со мной еще раз?

– Ох, едва не соблазнился. Едва. Сначала я должен получить сына. Если ты умрешь, кто скажет мне, где он? Мне придется вести переговоры с кем то другим.

– Может, тебе повезет, и ты сможешь держать меня живой. Уверена, ты предпочтешь пытать меня, а не Луиса.

– Безусловно. Но и тут можно получить небольшое удовольствие. Он слегка на тебя похож. Отдай мне сына.

– Я хочу поговорить с Луисом.

– Боюсь, он не в состоянии сейчас разговаривать. Возможно, в следующий раз. – Он отключился.

– Он не дал мне поговорить с ним. – Елена вернула трубку Галену. – Сказал: он не может разговаривать.

– Он мог и соврать, – заметил Джадд, сидящий на другом конце комнаты.

– Я понимаю. – Она глубоко вздохнула. – Найди мне Чавеза, Гален. – Она вышла на террасу. Заметив Барри с Домиником на качелях, постаралась выглядеть совершенно спокойной. – Привет. Есть хочешь?

– Нет. – Барри с тревогой смотрел на нее. – Ты что то грустная, мама.

– Нет, все хорошо. Я подумала: не прогуляться ли нам вдоль озера. Я вчера слышала крики диких гусей.

– Конечно. – Он спрыгнул с качелей. – Пойду скажу Галену, что не смогу помочь ему готовить завтрак. – Он пробежал мимо нее в дом.

– Все труднее становится что то от него скрывать, – заметил Доминик. – Он мальчик умный, а эти переезды с места на место у кого угодно вызовут подозрения. Наверное, тебе стоит с ним поговорить.

– И что сказать? Что его отец – чудовище, и это чудовище хочет убить его мать? – Она покачала головой. – Моя задача – защитить Барри.

– А Луис?

Она покачала головой.

– Не знаю. Чавез не дал мне с ним поговорить.

– Я готов. – Барри открыл сетчатую дверь. – Гален сказал: у него этим утром так и так дела, а я смогу потом помочь ему с обедом. – Он сбежал по ступенькам. – Пойдем смотреть гусей.

– Ну что? – спросил Гален Джадца.

– По моему, ты неправильно себя ведешь, – сказал Джадд. – Я подумал и решил, что, возможно, следует проявить терпение. Похоже, Чавез не торопится убить ее брата.

– Не самый лучший вариант для Луиса.

Джадд поднял брови:

– Тебя это волнует?

– Нет, но Елену волнует. Она вряд ли станет проявлять терпение.

– Это верно. – Джадд задумчиво посмотрел сквозь окно на озеро. – Чавез играет на ее чувствах. Надеется, что она сломается.

– Не надеется, просто использует малейший шанс.