К сожалению, главное сражение Австрийской кампании было еще впереди.

И опять — передвижения войск, рассказывать о которых практически нечего.

«На место арьергарда поступила бригада генерала Милорадовича, и хотя неприятель вскоре догнал оную, но кроме перестрелок, не имевших никаких последствий, ничего важного не произошло».

«Соединяясь с Буксгевденом (8 ноября), Кутузов дал отдых утомленным войскам».

«На следующий день дали роздых, подле двух небольших деревень; в несколько минут улицы наполнились солдатами, несмотря на то, что оба императора и генералитет занимали некоторые дома; на главной, где проходило шоссе, разных полков нижние чины, гурьбой, ловили кур, и одна из них порхнула вверх и разбила окошко: там были Александр и Франц. Люди испугались: Милорадович, выбежавший оттуда, стал их стыдить, называя нахалами. Лишь начали солдаты расходиться, как показались у двери с веселым видом оба императора. Вместо ожидаемого наказания людям, что в виду своих императоров так дерзко полевали, император Франц приказал, чтоб тотчас отпустили во все полки винную порцию. Спустя час места куриного погрома остались впусте: все колонны были на марше».

12/24 ноября русские армии и остатки австрийских войск объединились в Ольмюце. Ждали, что сюда придет противник, однако французы на выбранную союзниками позицию не спешили, зато очень скоро возникли трудности с продовольствием.

«Император Александр решил не выжидать, а действовать…

Назначив Кутузова номинально главнокомандующим, Александр Павлович фактически перенес на себя все обязанности его. Не видав войны и усвоив себе, благодаря слепому поклонению пруссаковщине, неправильные понятия о военном деле, государь, к несчастью, еще подпал под влияние некоторых австрийских генералов с Вейротером во главе. По складу своему ума и характера Александр Павлович любил систематичность, доведенную в своей точности до педантизма; у немцев того времени эти качества имелись в избытке…»

Александр I решил двигаться навстречу неприятелю. Через неделю противники были уже готовы встретиться на поле близ Аустерлица.

«Французская армия подавала все признаки скорого отступления. Поэтому у нас решено было наступать, чтобы воспользоваться положением врага. Хотя и не ожидали встретить сопротивления, все же на всякий случай решили определить движение каждого корпуса. Это было поручено полковнику Вейротеру, так как он прекрасно знал местность, которую много раз объезжал».

«19 ноября, около 10 часов ночи войска пришли на назначенные им биваки. На утро предстоял бой…»

«В полночь с 19 на 20 ноября (2 декабря) собраны были у Кутузова в Кршеновичце главные начальники колонн, предназначенных для атаки неприятеля. Генерал Вейротер, разложив подробную карту окрестностей Брюнна и Аустерлица, приступил к чтению и разъяснению своей многоречивой диспозиции». «Кутузов, сидя в кресле, сначала задремал, а затем, по мере продолжения этого "урока географии" совершенно заснул».

«Кутузов тотчас погрузился в глубокий сон, в чем и выразилась, в этом случае, вся его оппозиция плану, получившему уже одобрение Александра I. Граф Буксгевден слушал чтение стоя и, как замечает граф Ланжерон в описании этого совещания, наверное ничего не понимал. Милорадович молчал, Пршибышевский стоял сзади, и один Дохтуров рассматривал карту».

«Главную атаку надлежало вести на правое крыло неприятельской армии. Все войска были разделены на пять колонн: 1-я — генерал-майора Дохтурова — состояла из 25 батальонов пехоты, 2 рот батарейной артиллерии, пионерной роты и 2 ½ сотен казаков; 2-я — графа Ланжерона — 18 батальонов, пионерная рота и 2 ½ сотни казаков; 3-я — генерал-майора Пржибышевского — 17 батальонов и пионерная рота; 4-я — австрийского генерала Коловрата (собственно ею командовал генерал Милорадович) 12 русских (в том числе три Апшеронских) и 15 слабых австрийских батальонов, рота батарейной артиллерии и пионерная рота; 5-я — австрийского генерала князя Лихтенштейна — 4 русских полка кавалерии и 32 австрийских эскадрона; князь Багратион командовал особым отрядом из четырех пехотных и 5 кавалерийских полков, 8 сотен казаков и 2 конных и одной пешей рот артиллерии.