Где находился сам мальчонка, которого сейчас мучили, понять было несложно. Серебряно-алое войско образовывало в этом месте проплешину, в середине которой злорадно горел большой костер. И, согнувшись, возились над чем-то две фигурки в красном.

    Сняли латы, мерзавцы. Вот потому-то предусмотрительно и ходят в красном – чтобы кровь не портила одежд…

    – Зачем они это вытворяют? – спросил он, неким, шестым чувством предчувствуя, каким будет ответ.

    – Они… требуют, – рыцарь сбоку упорно не поворачивал лицо. И прятал глаза, – чтобы мы схватили и отдали им самозванца, объявившего себя герцогом Де Лабри. И всех его спутников с ним. Иначе…

    – Чудненько… Кидайте белый флаг, требуйте, чтобы прекратили тут же, скажите – мол, так и так, уже почти поймали, уже почти отдали. Меня уже и к воротам ведут. Ну!

    Он ощущал странное успокоение. Ситуация была не совсем безвыходная. На площадку влетела припозднившаяся леди Клоти, грохотнула шпорами, споткнувшись на последней ступеньке. Одарила всех, и особенно его, яростным взглядом. Над парапетами дебровских башен взвыли трубы. Крик смолк – то ли мальчонку перестали-таки мучить, то ли он просто потерял от боли сознание.

    – Есть ли какие новости, сэр Сериога? Сии звери…

    – Есть, – отозвался он и торопливо поманил Клотильду в уголок, подальше ото всех, – леди Кло… то есть Клоти, не могли бы вы тут же, немедленно, отправиться в замок и принести шерсти с хвоста нашего друга? Эти… скоты хотят в уплату за детей меня. Так что не могли бы вы – одна или в компании с оборотнем – укрыться где-нибудь тут же, в Дебро? С видом на выход отсюда… Но только чтобы я этого места не знал – с детства ужасно чувствительный, знаете ли, от боли сразу рыдать начинаю, прямо как девчонка сопливая.

    – Собираетесь сдаться?! – рявкнула леди Клоти, выпрямляясь в туго натянутую струнку. – И предлагаете мне воспринять сей позор и пальцем не шевельнув для спасения друга моего?! Как смеете думать вы…

    – Ш-ш-ш, леди Клотильда, потише… Я возьму шерсть и ночью, когда им, как и всем людям, захочется поспать, плавно перетеку в звериное состояние. А там видно будет. За мной же еще и мандонада эльфийская, и удача, которая всякому дураку прямо-таки от Бога полагается. Вперед, за шерстью, Клоти, – и побыстрее! Мальчонка совсем измучился…

    – Но почему вы? – никак не могла угомониться леди. – Я даже более благородных… простите, сэр Сериога, но это так. Я даже более благородных, чем у вас, кровей. Несомненно, если уж кому и надо сдаваться, так это должна быть именно я – по праву благородного старшинства…

    – Они так не думают, – скромненько потупив глазки, ответил Серега благородной даме. – Я для них – вполне конкретный и крайне необходимый им самозванец Де Лабри. Ужасно жаль вам это говорить, Клоти, но… Вы для них – всего лишь какие-то там мои спутники. Без имен, без лиц. На вас они не клюнут. Вы им не нужны.

    – Благородный милорд герцог – и сопляки из смердовского простонародья… – несколько брезгливо пробормотала леди Клотильда, но по лицу было видно, что противиться его решению она больше не будет.