– Я говорил тебе, как благодарен за возможность пользоваться домом?

Нет, не говорил.

– Я все равно не живу там, – сказал Тобиас. Он не был уверен, захочет ли вообще когда-нибудь еще жить там.

– У меня было много времени на размышления. Все это пространство и время наедине с собой, кажется, сделали меня неврастеником. Вокруг себя я вижу сплошной бардак.

Видеть бардак – или устраивать бардак там, где раньше была спальня Тобиаса и Синтии, или в любом другом подходящем и неподходящем месте дома? Может быть, вместе с Синтией, которая любила грубый, бардачный секс. Лицо Тобиаса хранило безразличное выражение. Вокруг них сновали люди, прокладывая себе дорогу через нагромождения гигантских блоков, подготовленных для заливки фундамента. В отличие от большинства своих соперников, Тобиас предпочитал лично присутствовать на каждом этапе стройки.

– Тебе, может, трудно в это поверить, но я ищу родственную душу.

– Думаю, нам стоит подыскать более подходящее место для разговора, – сказал Тобиас. Лучше б он не знал, чего от него хотят. Он проверил часы. – Жаль, рановато для ленча.

– Не для меня, – быстро ответил Найджел. – Пошли. Я угощаю. Мы давно не виделись.

Как никогда. Тобиас прикинул, мог ли кто-нибудь догадаться, что Найджелу тридцать три – всего на три года меньше, чем ему.

Найджел уже направлялся к выходу уверенным, пружинящим шагом. Тобиас последовал за ним, попутно здороваясь с рабочими. Он сдал свою каску и догнал Найджела уже на тротуаре. Младший брат был ниже ростом на несколько дюймов, – когда они были подростками, это было еще одним источником соперничества между ними. Благодаря массе свободного времени Найджел прибавил в весе за последние годы. В этом он почти догнал Тобиаса, отличавшегося крепким телосложением.

Солнце поздних утренних часов дарило Найджелу загар. Идя рядом с Тобиасом, он являл собой картину красивого, здорового, преуспевающего молодого человека.

– У меня проблемы, Тоби.

Тобиас чуть не застыл на месте.

– У «Ями-Ями» сейчас должно быть пусто. Японская и китайская кухни. Устроит?

– Отлично. Меня все устроит.

– Тогда пойдем туда, – Тобиас продолжил путь, мысленно клянясь, что не даст себя втянуть в какую бы то ни было игру, придуманную Найджелом на этот раз.

Мимо прошли несколько студентов с тяжелыми пачками книг в руках. Все вокруг, казалось, дышало покоем и тишиной.

Ресторан был всего лишь в одном квартале на восток от Бруклина, в Университетском проезде. Бамбуковые жалюзи были приспущены, но Тобиас сумел рассмотреть внутри несколько посетителей.

– А здесь наливают, – рассеянно сказал Найджел, открывая тяжелую стеклянную дверь. – Я бы, пожалуй, пропустил стаканчик.

Они заняли столик на четверых около окна и уселись рядом, спиной к стене. Таким образом они могли видеть каждого, кто подойдет достаточно близко, чтобы услышать разговор.

– Водка с мартини, – сказал Найджел официантке. Тобиас заказал пепси-колу и подождал, пока официантка уйдет. Потом спросил:

– Что за проблемы?

– Я потерялся, – пробормотал Найджел. – Пустился на волю волн, – его рука слегка дрожала, когда он поднял ее, откидывая назад волосы. – Я никуда не выхожу, Тоби, и я до смерти напуган.

Прибыли напитки. Тобиас взглянул на Найджела и сказал официантке:

– Мы еще не готовы заказать. Подождите немного.

– Я знаю, никогда не думаешь, что придет конец, но он наступает рано или поздно, – продолжал Найджел.