Фелиз изумленно глядел на него.

— Неужели вы и в самом деле верите в это? — не выдержал он. — В то, что вы обогнали цивилизации с высоким уровнем технического развития?

Взгляд старика затуманился, и его пронзительно-голубые глаза словно подернулись тонкой пленкой, отчего стало казаться, что на смену его легкой одержимости пришло выражение холодной уверенности. Однако, говорил он по-прежнему спокойно, не повышая голоса.

— Ну что ты, что ты, — сказал он. — Я ни чуть не сомневаюсь, что ты сам не по наслушке знаком с тем, каких результатов может достичь групповой разум.

— Групповой разум — это чушь собачья! — огрызнулся Фелиз, что, конечно же, было довольно неучтиво с его стороны. — И вы сами прекрасно это знаете. Именно по этой причине я решил, что возможно мы сумеем поговорить, как разумные, взрослые люди. Вы же прекрасно знаете, какова ситуация на самом деле. Так имейте же мужество признать это. А теперь скажите мне откровенно, разве вы никогда не видите людей, одетых в черное?

Мэр напрягся, и его тщедушное тело стало все больше походить на сухой стебель камыша, упрямо колышащийся на ветру.

— Я, — заговорил он наконец, отчетливо выговаривая каждое слово, так что они одно за другим канули в лесном безмолвии, подобно камешкам, падающим на дно глубокого колодца, — вижу лишь то, что существует на самом деле.

— Ладно, — сказал Фелиз, вскидывая свои могучие руки. — Ладно, я сдаюсь!

Еще какое-то время они молча шли рядом. Фелиз прихлопнут какой-то крохотное насекомое, залетевшее к нему в ухо. На своем плече он чувствовал руку старика, который прицепился к нему, как репей, и ему вдруг стало очень весело. Он обернулся и поймал на себе взгляд голубых глаз, смотревших на него с неподдельным сочувствием.

— Вот увидишь, тебе станет лучше, — ласково проговорил Эль Хоска, после того, когда я докажу тебе свою правоту на более наглядных примерах…

* * *

Миновав погруженные в безмолвие, тенистые лесные заросли, они в конце концов вышли на поляну, посреди которой возвышался космический корабль. Все здесь было по-прежнему, точно так же, как тем утром, когда Фелиз занимался его починкой. Честно говоря, на фоне событий двух последних дней, летательный аппарат выглядел наредкость обыденно и казался довольно неуклюжим. Оказавшись шагах в десяти от люка, Эль Хоска остановился.

— Пожалуй, я не стану осквернять свое сознание общением с машиной в большей мере, чем это необходимо, — сказал он. — Вообще-то, мне следовало бы остаться и ждать тебя на опушке леса, как я сделал это в прошлый раз. Но уж что сделано, то сделано. Я подожду тебя здесь.

— Ладно, — согласился Фелиз.

— Надеюсь, что ты быстро управишься с делами и вылезешь обратно, чтобы вернуться со мной в город. Надеюсь, что если у тебя, возможно, и возникнет шальная идея поступить иначе, то ты сможешь взять себя в руки и немедленно выйдешь обратно.

— Я тоже на это надеюсь, — мрачно проговорил Фелиз. Он поднялся по лестнице и влез в открытый люк.

После залитого ярким солнец луга, внутренние помещения корабля, освещенные лишь рассеянным многократно отраженным светом, проникавшим сквозь распахнутый люк, показалось ему погруженным в темноту. Затем, по мере того, как глаза его привыкли к полумраку, освещение отсека управления стало казаться более ярким.

Он тут же заметил произошедшие здесь изменения.