Песок запел, громыхнул и начал осыпаться. Сопровождаемый шорохом песка владелец голоса поднялся из глубин и уставился на блуждающего.

Даже сейчас, когда каждый миллиметр Вулкана изучен, со спутников молено увидеть песчинку на поверхности планеты, очень мало известно о движениях и существах в глубине песка. Для них придуманы имена: А-квес – "спрятанные" и тча-бе-шекх – "лежащие под". Существует много версий о физиологии, эволюции, так как способ их существования уникален для мира с сильной основой: они, похоже, вообще не дышат, не испытывают нужды в кислороде и еде. Некоторые вулканцы думают, что они были занесены на Вулкан Хранителями ради эксперимента – единственная форма жизни с силиконовой основой (до времени, пока не открыли Хорт), которая существовала на планете бок о бок с формами с угольной основой. Информации о них настолько мало, что совершенно неизвестно, какой способ питания и дыхания может существовать там, под тысячами футов песка. За прошедшие века немногим удавалось хоть мельком увидеть этих животных – огромных, широких, с поблескивающими спинами (если это, конечно, были спины), разрывающих песок на площади размером с фундамент огромного дома, и исчезающих так внезапно. Сканирование ни к чему не привело, так как аппараты сканировали вес природных элементов песка, которые отделяли их от существа. Сенсоры определили яркие признаки жизни, уровень жизненности формы и ее силу, которая могла принадлежать, по меньшей мере, тысяче других существ. Но сенсоры редко ловили более одного источника, медленно передвигающегося сквозь глубины песков великой пустыни, огибающего основания гор подобно киту, огибающему остров или шельф. Иногда исследуемые сигналы пропадали совершенно необъяснимо и абсолютно бесследно.

Мало можно отыскать точек соприкосновения во мнениях о "лежащих под". Некоторые приравнивают их к "динозаврам", которые даже и не думают вымирать из-за недоступности. Для них существуют только случайные встречи с занятыми, вечно голодными гуманоидами, которые заполнили их планету. В тишине они прокладывают свои собственные пути, и своими размышлениями о том, чем стала их планета, не собираются делиться с нами.

То, что блуждающий увидел, было слишком огромным, чтобы он смог что-то понять. Он так жаждал гор, и теперь, кажется, одна из них пришла к нему. "Это", казалось, внимательно наблюдало за ним. Он сел на песок и тоже стал наблюдать. Он не боялся, но к нему опять пришла мысль о том, что существуют некоторые вещи, которые Другие пропустили, давая знания о мире их народу. В частности, ему было бы намного приятнее, если бы он знал об этом заранее.

А-квес заговорил снова. Но этот звук блуждающий вряд ли бы мог повторить. Если бы мир разговаривал звуками, похожими на скрежетание камня о камень, то это звучало бы именно так. И снова оно заговорило, и блуждающий сидел и совершенно не знал, что ему делать.

Затем "это" проникло в его сознание и заговорило снова теми же звуками, теми же словами, камень о камень, и он увидел изображение изможденного существа, сидящего на песке со связкой тыкв в сумке.

"Это" заговорило снова, показывая ему ту же картинку.

И он понял. Звук, который "это" издавало, означал именно эту картинку.

Блуждающий обязательно сел бы на песок от неожиданности, если бы уже не сидел. Это было то, что он искал – ответ на вопрос о том, как рассказать своим сородичам о горе. Если все будут использовать один и тот же звук для данного изображения, то каждый сможет его понять. Все, что было необходимо для этого, так это специальные звуки, слова.

Он начал немедленно создавать их. Он попытался создать образ животного в своем сознании, что было достаточно сложно, так как оно заполняло собой весь мир.