Насест Бритага – это одинокая вершина, возвышающаяся над скалистыми предгорьями. На самом верху, в глубокой расщелине, отчасти укрытой от непогоды, рос глухой заснеженный лес. Путь до него получился трудным. Очень, очень трудным.

– Я здесь! – прокричал Финиус. – Мне нужно углубиться в самую чащу? Тут околеть можно от холода!

Ему никто не ответил. Бритаг может быть очень разговорчивым, когда захочет, но с появлением тени в голове Финиуса стало непривычно тихо, что очень ему не нравилось. Тень, жалкая и угрюмая, не понимала шуток. Гораздо лучше капитан чувствовал себя раньше, когда приходилось выслушивать неясные мысленные желания и приказы.

– Перестань так много думать, – произнесла тень Бромви, возникая в морозном воздухе.

– Уйди. Никакого с тобой веселья, – ответил Финиус.

– А тебе сейчас нужно именно веселье?

– Все, что мне сейчас нужно, – это одежда потеплее… ну и кружка медовухи.

– Позже, – ответила тень. – А теперь иди.

Финиус, пробираясь через сугробы, зашагал к высокогорному лесу. Тропа уходила ниже, и бушующая метель осталась за высокими стенами расщелины. Теплее не стало, но сюда, по крайней мере, почти не задувал ветер. Бром плыл рядом с капитаном. Призрачные ноги шагали по воздуху, не касаясь снега.

– Самодовольный ублюдок, – проворчал Финиус.

– Соберись, избранник, – ответил Бром. – У тебя есть важное дело.

– Мне нравился голос Бритага, с ним я никогда не испытывал одиночества. А теперь у меня есть ты. Но это совсем не то же самое.

Тень появилась прямо перед ним и летела на скорости его шага, загораживая обзор. Лорд Бромви умер молодым – на вид ему было не больше двадцати пяти или двадцати шести лет. Высокий, хорошо сложенный, с грустными глазами. Черные волосы, грубые мозолистые руки. Он походил на человека из народа ро, но его бледная кожа и светлые глаза выдавали уроженца Канарна.

Ветер стих, и Финиус оказался прямо на опушке леса. Он шагнул под ветви деревьев, размышляя, что же такого может тень, чего не мог дать ему голос Бритага. Если ее смысл был именно в этом. Может, у тени просто какие-то другие свойства? Не более полезные, просто другие. А может, тень вообще ничего не умеет, и думать о ней тоже бесполезно.

– Чем ты можешь мне помочь? – спросил Финиус Брома, ловко пробираясь между толстыми стволами деревьев и колючим кустарником.

– Твой разум рассеян. И рассеянность мешает тебе думать.

Финиус глубокомысленно кивнул.

– Да, ты мне очень помог.

Насест Бритага был главной святыней последователей Мирового Ворона. Ветви заповедного леса усеивали вороны, сороки, грачи и черные дрозды. Взгляд множества бусинок-глаз устремился на Финиуса, большие птицы с глянцево-черным оперением захлопали крыльями. Все повернули клювы в его сторону.

– Что? – спросил он. – Меня уже ждут.

Птицы продолжали каркать и хлопать крыльями, но не клевались, и ни одна даже не слетела с ветки. Капитан спокойно дошел до поляны посреди леса и с благоговением уставился на открытую площадку, окруженную огромными деревьями. Посреди поляны прямо из снега рос небольшой куст с изумрудно-зелеными листьями, а разреженный горный воздух вокруг пронизали лучи мерцающего света.

Финиус подошел к сверкающим листьям – одинокая фигурка на фоне огромной белой пустоты – и уставился себе под ноги на сияющие узоры, сменяющие друг друга на зернистой поверхности снежного наста: кружилась поземка, показывая Финиусу Долгую Войну. Перед взором капитана развернулся гобелен масштабных ходов и контрходов. Их последствия, словно рябь на водной глади, разбегались далеко в стороны и ощущались избранниками богов и тенями, которые следовали своими путями и сражались в собственных битвах.