— Нет, это может быть опасно, — возразил ему Хэнк. — А вдруг они удерживают Торесена прямо в храме? Когда эти придурки услышат шум вертолетов, то прикончат его в ту же минуту.

— Это я понимаю, — ответил Майк, — но что остается делать в нашем положении? Я далеко не уверен, что мы сможем справиться с этим сами.

— Не дрейфь, дружище, справимся. Если уж действительно внизу станет жарко, тогда, обещаю тебе, вернемся наверх и подождем подмогу. Ну как, уговорил?

— А я не сильно и сопротивлялся, — проворчал тот. — У меня самого уже руки чешутся разобраться с этими чертовыми ниндзями…

Их группа незамеченной спустилась по каменной лестнице, ведущей к храму. Фрост взял наизготовку свой ПП, снял его с предохранителя и передернул затвор. О’Хара сжимал в своем костлявом кулаке неизменный “магнум”.

В опускающихся на дно каньона сумерках они сбежали по последним ступенькам и выскользнули из-за укрывающих их тенистых деревьев на открытое пространство перед воротами в стене, ведущими в величественное сооружение. Капитан внимательно осмотрелся по сторонам, чтобы избежать внезапного нападения и увидел такое, от чего у него все перевернулось внутри. Если у кого-то и оставались хоть какие-то сомнения по поводу того, действительно ли зверства в Храме Поющего Дерева были устроены Невидимыми, то теперь они полностью рассеялись. Немного в стороне, с невысокого железного штыря, вбитого в песок, на них смотрела пустыми глазницами окровавленная голова.

— Жу Гуодень? — обернулся Хэнк к Линю. Ответ был очевиден. Вао судорожно сглотнул, на глаза его набежали слезы и он лишь кивнул.

— Капитан, помнишь, что ты мне обещал? — прошептал он охрипшим голосом.

— Помню, можешь на меня положиться, мы отомстим этим…

Но не успел он договорить, как в воздухе раздался свист и последовавший за ним негромкий звук удара. Стоящий рядом с Фростом китаец зашатался, схватился за голову и замертво рухнул оземь. Его руки безжизненно раскинулись в стороны, и стала видна вонзившаяся в лоб тяжелая восьмиконечная метательная звездочка.

Капитан резко развернулся, вскинув ствол и приготовившись нажать на спусковой крючок пистолета-пулемета, но стрелять было не в кого.

— Что за чертовщина? — выругался он.

В этот момент из-за стены донесся издевательский смех, который тут же стих так же внезапно, как и начался, а в воротах появилась задрапированная в черную одежду фигура. Были видны только сверкающие ненавистью глаза.

Дух Ночи рассерженно разразился потоком слов.

— Что он там лепечет? — спросил О’Хара.

— Говорит, что мы нарушили покой священной земли, — перевел Линь. — И, что если мы сейчас же не уйдем отсюда, то нас всех настигнет божественная кара.

Майк навел пистолет на черный силуэт.

— Вао, одно твое слово и он сам отправится на встречу со своим богом!

— В этом нет необходимости, — покачал тот головой и повернулся к своим товарищам. — Хуань!

Тот, к которому он обратился, положил на землю автомат и зашагал к Невидимому, что-то выкрикивая ему.

— Что происходит? — удивленно спросил Фрост у Элизабет, которая медленно подошла к нему и остановилась сбоку.

— Хуань обозвал Духа Ночи хвастуном и трусливой свиньей, которая только и может, что кидать свои железные игрушки. Хуань вызывает его на честный поединок, чтобы тот защитил честь своей школы в бою один на один, без оружия.

Дух Ночи стоял, не двигаясь, и ничего не отвечая.