— И здесь никого нет, — спокойным голосом сообщил воин и захлопнул крышку обратно.

Убивать мужчин — это естественно, считал он, так задумано природой, самцы должны друг друга уничтожать.

Убивать женщин — извращение.

Воин презирал извращенцев…

— Так-таки никого и нет? — усмехнулся мужчина в синем костюме и шагнул вперед…

— Ники, — прошептал Николай, они вместе втиснулись в какой-то шкафчик, где хранился пожарный шланг и дряхлый огнетушитель, — теперь, когда мы стали так близки, кстати, убери локоть, он мне дышать мешает, так вот, теперь разъясни мне про «ключик». Про ключик к тому чемодану с бабками.

— Представь, я оказался посреди Альп…

— Уже представил, — вздохнул Николай.

— С документами этого, как его, двойника, и без копейки денег. Ну, то есть, копейки были…

— Альпийское нищенство — святое дело.

— В общем, понищенствовал и попал в госпиталь. В больницу, с переломами всех костей…

— Всех? И даже… — Николай округлил глаза.

— Везунчик…

— Смотря с какой стороны посмотреть…

— Короче, там меня и нашел юрист.

— Что еще за Юрист. Это какая-то бандитская кличка?

— Мой двойник создал фирму в Лихтенштейне, и швейцарского юриста назначил распорядителем. Юрист узнал, что я… то есть, он решил, что мой двойник, попал в больницу. Ведь я пользовался документами того типа. Перепутал Юрист, понимаешь? И, принимая меня за своего клиента, говорил со мной о всяких делах. В том числе и о чемодане, который мой двойник оставил в аэропорту.

— Чемодане с деньгами?

— Теперь все деньги, что находились в «забытом» чемодане, лежат на депозитарии в банке Цюриха. Стоит только предъявить свои права и забрать их в любой момент.

— Ты же не собираешься их прикарманить, — приторно заботливо поинтересовался Николай. — Это было бы равносильно самоубийству.

— Вот именно. Я ведь понимаю, что эти деньги принадлежат мафии.

— Красиво звучит — «ДЕНЬГИ МАФИИ, И ТОЛЬКО МАФИИ».

— Вроде как — «НЕ ВЛЕЗАЙ. УБЬЕТ», — подтвердил Ники. — И как только хозяин денег прознает, что у меня есть шанс их заполучить, меня убьют.

— А Интерпол? Ты бы мог обратиться в Интерпол, — с энтузиазмом предложил Николай.

— У меня в детстве черепаха была, ее Интерполом звали. Любила забираться под диван. Между полом и диваном, догадался, почему там прозвали?

— Значит…

— Я кое-что придумал. У меня было время подумать… Понимаешь, багаж записан на мое имя. В том смысле, что на имя двойника. Но ведь теперь я — вместо него. И он мне принадлежит, по швейцарскому закону, только мне, живому или мертвому. Тогда я составил завещание… — и он поманил пальцем Николая, собираясь сообщить ему что-то по секрету.

— Ну? — Николай с опаской приблизил ухо к его губам.

Ники долго шептал, и один раз закашлялся.

— То есть, все достанется твоему наследнику?! — вдруг воскликнул Николай.

— Моему генетическому наследнику, — Ники самодовольно улыбнулся. — Я зарегистрировал свое ДНК, соблюдя все формальности.

— Иными словами, ты не стал брать чемодан с валютой, а решил оставить его в наследство какому-нибудь родственнику?

— У меня нет родственников.