— Сэр Таррант рад, что его выбор пришелся вам по вкусу, — возвестила Модести.

— В высшей степени рад, ваше высочество, — подтвердил тот. — И благодарен Модести, что она напомнила мне об этом, — добавил Таррант, учтиво наклоняя голову в сторону своей спутницы.

Один из людей шейха что-то спросил его по-арабски, затем повторил вопрос, но шейх был слишком поглощен часами, чтобы услышать слова. Однако Таррант уловил имя Вилли Гарвина.

— Ваше высочество… — окликнула шейха Модести, тронув его за рукав, и он, вздрогнув, вышел из оцепенения.

— Ах, да… Рашид задал верный вопрос. Где наш друг Гарвин? Вы и его пригласите охранять мои алмазы?

— Вилли отошел от дел, — сообщила Модести. — Завел свой собственный караван-сарай в провинции. Но я говорила с ним по телефону, и он просил меня передать вам свой поклон, ваше высочество.

Абу-Тахир тревожно посмотрел на Модести и сказал:

— Но он должен быть с тобой! Как же еще уберечь мои сокровища от этих псов?

Модести пристально взглянула на Тарранта:

— Вилли больше не работает на меня, ваше высочество. И не мне просить его вернуться. Тут мы должны уже положиться на сэра Тарранта.

Без десяти восемь Модести свернула на автостоянку и втиснула свой «даймлер» на свободное место, под знак «Зарезервировано». На ней была черная юбка, темно-красная шелковая блузка и легкое пальто верблюжьей шерсти, накинутое на плечи. Таррант открыл дверцу и помог Модести выбраться из машины.

— Зарезервировано для вас? — спросил он, глядя на знак.

— Боюсь, что так, — улыбнулась она без тени смущения. — Вилли делает это для меня. Ужасно, конечно, но мне это нравится.

Пивная была заполнена посетителями, хотя и не до отказа. Оглядывая публику, Таррант решил, что здесь в основном завсегдатаи. Он был в спортивном пиджаке, темных брюках и чувствовал себя в этом наряде очень уютно. Посетители были одеты весьма вольно. Здесь преобладала молодежь и люди средних лет. Одна компания играла в дротики, а другая сгрудилась в углу зала вокруг автоматов для игры в пейнтбол.

За длинной стойкой работали здоровяк лет пятидесяти и две молодые женщины. Да, решил Таррант, Вилли Гарвин должен пользоваться тут популярностью.

— Здравствуйте, мистер Сперлинг, — обратилась Модести к здоровяку. — Как колено?

— Спасибо, мисс Блейз, полегче. Лечат прогреванием. А вы как поживаете?

— Неплохо. Вилли у себя?

— У себя. Он вас ждет. Проходите. И загляните к нам выпить на обратном пути.

— Постараюсь, мистер Сперлинг.

Модести взяла Тарранта под руку, они прошли через бар и направились по коридору.

— А что, Вилли живет здесь же? — осведомился Таррант.

— Да, в его распоряжении весь второй этаж. Он тут неплохо устроился.

— Кто же ведет его хозяйство?

— Я уговорила его нанять женщину. Она приходит, готовит еду для него и для тех, кто работает в пивной.

— Но живет он один?

Даже в потемках Таррант уловил улыбку Модести.

— Когда как, — отозвалась она. — Вилли вообще-то человек общительный.

На улице она снова взяла его под руку, и они двинулись по тропинке, — вымощенной кирпичом, которая вилась между деревьями. Когда они подошли к низкому строению без окон, Модести остановилась и извлекла из сумочки ключ. Когда она открыла дверь, Таррант обратил внимание на то, что вход был надежно укреплен. Они оказались на маленьком пятачке еще перед одной дверью.