— Городовой в приемной, — сказал я, подавив улыбку. — Наталья Андреевна, голубушка, пригласите блюстителя порядка, — попросил девушку, которая отчего-то засмущалась.

Правда, городовой сам вломился, как только я снял заклинание воздушной стены.

— Что тут происходит⁈ — заорал полицейский, но его наш спасенный прервал:

— Молчать! Смирно! — рыкнул офицер стражи приказным голосом, от которого баронесса поежилась.

— У вас три минуты, после чего покинете процедурную, — погрозил я пальцем городовому и взял Натали под локоть.

Вышел со своей компаньонкой из палаты и задумчиво посмотрел на часы. Время уже далеко за полдень, пора пообедать, а еще как-то проконтролировать, приняли ли меры к обеспечению безопасности на Дворцовой площади. Если правильно уловил, то противники императорского режима не собираются ни перед чем останавливаться. Их не смущает возможное большое количество жертв среди мирного населения. Другой вопрос, как они задумали распылить яд? Какое-то устойчивое воздушное заклинание, на которое не каждый щит подействует?

— Кати, ты говорила, что градоначальник Петербурга твой родственник, — обратился я к Островской, которая уже о чем-то допытывается у Натали. — Не сумеешь с ним немедленно устроить встречу?

— Саша, боюсь, это не в моих силах, — покачала головой девушка и нахмурилась. — Попытаться могу, но сомневаюсь, что получится.

— И все же, надо действовать, — потер я висок, вспоминая, слова господина Бурина, как с ним связаться.

Сейчас пожалел, что не арендовал помещение с телефоном. Посчитал слишком высокой арендную плату, а звонить было некому.

— Едем? — поинтересовалась Кати.

— Вы опять меня одну оставите? — печально вздохнула Натали.

Гм, а ведь воздыхатель баронессы мне потом предъяву способен сделать, если его симпатию оставлю наедине с бравым офицером. Да, последний после ранения, но все же это не совсем прилично.

— Надо спешить! — появился на пороге городовой, выходя из процедурной и утирая пот со лба. — Дамы и господин, от всего полицейского управления примите благодарность, — он склонил голову. — Докладную о вашем содействии подам и распишу все в лучшем виде. Сейчас, простите, очень тороплюсь!

— Не смеем задерживать, — кивнул я, наблюдая, как городовой быстрым шагом нас покидает и даже не услышал моих слов.

Немного поразмыслил и понял, что особого выбора у нас нет.

— Кати, остаешься с Натали, — посмотрел на Островскую, а потом дал указания обеим дамам: — Если не вернусь через два часа, а нашему пациенту не станет хуже, то гоните его в шею и не слушайте никаких жалоб.

— После диагностики? — уточнила баронесса.

— Как хочешь, — пожал плечами. — Кризис давно миновал, рецидив невозможен, если только его вновь ножом не пырнут, и он не употребит наркотическое вещество.

— Хорошо, — кивнула Сухарева, заметно нервничая, как понимаю из-за полученных сведений о готовящемся теракте.

— Саша, будь осторожен, — напутствовала меня Кати, догадываясь, куда я собрался отправиться.

Вновь покинул свой кабинет врачевателя, мысленно прикидывая, что с такими больными разорюсь к чертям! Но тут на карту поставлено другое и необходимо помешать так называемым революционерам или смутьянам. Кто-то за ними могущественный стоит и руководит. Но это не мое дело, а жандармерии, стражи, охранки или полиции. Силовых структур в империи хоть отбавляй. Вот только они со своей работой с трудом справляются, раз в последний момент узнают о покушении. А если взять аварию с поездами и удар по великому княжичу из ближнего круга, то и вовсе разогнал бы всех служивым вместе взятых! Ну, не исполнителей, а их командиров, сидящих в высоких кабинетах.