Так что считай, что спас не только целого армейского майора, но и моё окружение. Искренне хочу поблагодарить за это!

— Благодари! Когда свадьба?

— Нахал ты, Котяра. Я тут тебе соловушкой заливаюсь о нежно-девичьем, а ты только о первой брачной ночи и думаешь! Ладно, продолжай в том же духе. Уже интересно стало, когда устанешь. Мир, дружба, «Суслик»? — смеясь, протянула мне Темникова свою ладошку.

— И Такс?

— Даже не оговаривается. Он вне конкуренции!

— Что? И даже чисто дружеского поцелуя не удостоюсь? Кому-то на сладенькое сгущёнки перепало.

— Уговорил, настырный. Но только в щёчку! Замри и не двигайся! А то вижу по твоей хитрой котярской морде, что собираешься в последний момент «пельмени» свои подставить.

— Да ничего не собираюсь! — соврал я, мысленно чертыхнувшись, что она сорвала мой план по настоящему поцелую. — У меня, вообще-то, щека — это самая эрогенная зона.

— Вот и не двигайся!

Встав на цыпочки, Рита положила ладони мне на плечи и прикоснулась губами к щеке. Я сам не понял, как обнял её за талию, прижав к себе. Словно электрический разряд прошёл по телу. Я понимаю, что не в силах отпустить девушку, хотя обнимашки в её понимании должны быть чересчур неприличными и могут испортить дальнейшие отношения. Плевать! Есть только здесь и сейчас!

Кажется, подобное не только у меня. Рита тоже замерла, так и не оторвав от моей щеки своих мягких, тёплых губ. Чувствую, что сама придвинулась ещё ближе.

— Отпусти… — наконец, с лёгкой хрипотцой в голосе тихо произносит она.

— Не получается. Давай сама…

— Ещё минуточку… Меня ноги не держат…

Не знаю, чем бы это всё закончилось, если бы не гневный голос от двери, заставивший Риту прийти в себя и отскочить от меня на приличное расстояние.

— Не поняла⁈ Вы тут совсем охренели⁈

Полковник Шеллер стоит у входа, гневно сверкая очами, а рядом Аксакал… Тоже не в лучшем настроении.

— Дружеский поцелуй, скрепляющий единство Армии и Чистильщиков, — попытался оправдаться я лёгкой шуточкой. — Стучаться, полковник, не учили?

— Стучаться⁈ Ах, ты мразь! Единство, сука⁈

Шеллер налетела, как товарный поезд на застрявшую посреди железной дороги машину. Разница лишь в том, что смять меня просто так не получится, хоть и оказался прижат спиной к стене.

— Оскоплю, ублюдок! Ты что о себе возомнил⁈ — продолжает разоряться она, схватив за грудки. — На каторге булыжниками срать будешь и задницу извращенцам подставлять!

Это уже не женщина, а настоящая хищница, способная при необходимости вспороть брюхо непокорной жертве и сожрать её потроха. Глядя в глаза Шеллер, понимаю, как внутри поднимается ярость Безумного Генерала и ещё что-то, что однажды уже проявилось во время поединка с Юлией.

Эта ничтожество посмела оскорблять МЕНЯ⁈

— Будешь наказана, — рычу ей в лицо и, отрывая от себя, кидаю в сторону рабочего места Аксакала.

Грохот от падения тела. Перевёрнут массивный стол. Из-за него выпрыгивает помятая полковник, держа в руках напитанный всеми клеймами меч.

— Дуэль, барон Гольц! До смерти!

— До смерти запрещено! Остановись, тётя! — пытается образумить Шеллер испуганная Маргарита.

— А мне плевать! Отвечу за всё! Но вначале ответит он!

— Дуэль? — усмехаюсь я, подойдя к противнице и зажав голой рукой лезвие её светящегося клинка.

Уже мысленно представляю, как буду ломать все её кости. Как разорву на части эту охамевшую идиотку, решившую, что она мне ровня.

— НА КОЛЕНИ!

— Да, господин…

Внезапно полковник опускается на них, склонив свою голову.