Том бросил взгляд за его плечо и увидел в заднем окне автомобиля белокурую головку Хейзл.

— Я встречал ее в поселке, — продолжал коп, — но мне нужно, чтобы вы подтвердили, что она действительно является няней вашего сына. Это некая Хейзл Уизерз.

— Да-да, конечно. — Том замялся. — Хейзл проработала у нас около двух лет. А что, какие-то проблемы?

Кавальски нахмурился.

— Она пришла в участок примерно в час пятнадцать и была очень расстроена. Говорила в основном с моим… э… партнером… Кстати, разрешите представить: офицер Тализ. — Том кивнул низенькой неулыбчивой женщине с собранными в пучок темными волосами, в обмякшей от дождя форме. — Сказала ей, что уложила ребенка — сколько уже Неду, года четыре, наверное? — когда вы вернулись с вечеринки и обнаружили, что мальчик исчез. В котором часу это было, мистер Уэлфорд?

— Слегка за полночь. — Том распахнул дверь. — Зайдите, бога ради, вы же совсем промокли.

Все трое вошли в дом, но остались стоять на пороге.

— Но теперь-то она успокоилась?

— Вы хотите сказать, что мальчик нашелся? — вмешалась офицер Тализ.

— Это я во всем виноват. — Том потер затылок. — Когда я в первый раз заглянул к Неду и увидел, что его нет (няня уже спала), я, похоже, перенервничал. Выпил лишнего, знаете ли. Но потом до меня дошло, что жена, должно быть, пришла раньше и увезла сына в город. Я заверил Хейзл, что волноваться не о чем, и она легла спать.

— А что, ваша жена не могла сказать вам, что собирается это сделать? — спросила офицер Тализ. — В смысле, везти ребенка в город на ночь глядя? Разве она не была с вами на вечеринке?

— Да была… Боюсь, в этом-то все и дело, — удрученно проговорил Том. — Мы поссорились. Полагаю, нет необходимости это обсуждать. Теперь все нормально. Я позвонил жене в квартиру и поговорил с ней и Недом. С ними обоими все в порядке. Завтра утром она собирается привезти его сюда. Вот и все.

Том сложил руки на груди.

— Так или иначе, время позднее.

Поскольку никто не ответил, он ненавязчиво указал на дверь: мол, как он понимает, разговор окончен. Дело закрыто.

— Что ж, мистер Уэлфорд, идите досыпайте, — сказал Кавальски, зевая и потирая глаза, — но поймите: мы должны были все проверить. Если дело касается детей, лишняя осторожность никогда не помешает.

— Совершенно верно, Чарли. Благодарю за заботу.

Офицер Тализ стояла на своем.

— Ваша няня говорила, что в доме был кто-то еще. Она слышала в библиотеке мужской голос и забеспокоилась, что вам угрожают. Потому и решила обратиться к нам. Она испугалась.

Том рассмеялся.

— Один мой приятель подбросил меня до дому и зашел выпить на сон грядущий. Уверяю вас, мы с ним в прекрасных отношениях. Он уехал с полчаса назад.

В этот момент откуда-то из глубины дома донесся непонятный грохот. Похоже, с верхнего этажа, что, по мысли Тома, было абсолютно невозможно, и тем не менее он его слышал — звон разбитого стекла, который ни с чем не перепутать.

Он понял, что полицейские тоже слышали.

* * *

Под изгибом оголенных бедер ей было видно, как из разбитой бутылки экстракта для ванн «Кэсуэлл Мэсси» по плитке медленно растекается зеленая лужица. «Парижская зелень» — гласила надпись на этикетке. В ванной запахло сосной.

Выбившись из сил, Карен уронила голову назад; ноздри у нее расширились, когда она попробовала замедлить дыхание, чтобы лучше слышать. Дышать она могла только носом: рот, заткнутый платком Тома и резиновым кляпом в виде шарика с завязками, который он вместе с шелковой веревкой извлек из так называемой «коробки для игрушек», спрятанной в шкафу, был растянут, как у молочного поросенка с яблоком в пасти.