На секунду всё замерло. Затем тело Хранителя начало светиться изнутри, трещины расползлись по коже. А потом он взорвался.

Вспышка ослепила даже меня. Волна энергии распространилась во все стороны, испаряя лавовый океан, снося вулканы и горы, разрывая саму ткань этого мира. Камень, в который превратились останки Хранителя, начал рассыпаться в чёрный песок.

Мир рушился. По небу разбегались трещины, земная кора ломалась, как тонкий лёд. Я видел, что Траск пытается стабилизировать реальность, но было слишком поздно — смерть Хранителя запустила цепную реакцию.

В последний момент я открыл портал. Оглянувшись на гибнущий мир, я увидел, как он схлопывается, оставляя после себя лишь пустоту и несколько крупиц черного камня — все, что осталось от одного из тех, кого я когда-то создал.

Мы с Траском рухнули сквозь разлом реальности, вывалившись обратно в наш мир — в тот самый сосновый лес под Громовкой, где я когда-то спалил полчища демонов. Земля здесь все ещё была черной от пепла, деревья стояли обугленные, словно памятники той битве. И теперь здесь, на этом же самом месте, я покончу с теми, кто эти полчища создал.

Траск упал на колени, его тело дымилось, трещины расходились по коже, как паутина на разбитом стекле. Он поднял голову, и в его глазах горел огонь — не ярости, не страха, а понимания. Он знал, что проиграл.

Моя рука сжалась в кулак, заряженный энергией, способной стереть его из существования. Хранитель не сопротивлялся. Он лишь смотрел на меня, и в этом взгляде было что-то… слишком знакомое.

Я занёс руку для последнего удара. Но в последний момент остановился. Потому что увидел себя.

Не буквально, не отражение, но то, чем он был. Он был моим творением. Моей ошибкой. Моей тенью.

И если я убью его сейчас — стану ли я лучше их? Моя рука дрогнула. Энергия, что могла разорвать его на атомы, замерла, пульсируя в кончиках пальцев.

Нет уж, я не оставлю в живых этого паразита, присосавшегося к энергии миров. Предателя, который извратил саму суть Хранителей. Ни сейчас, ни потом — никогда я больше не отдам столько силы в руки недостойных.

Мои пальцы вошли в грудь Траска так же легко, как в его собрата. Я сжал его суть, крупицу жизни, дарованную не тому существу.

— Стой! — услышал я женский крик. — Не делай этого!

Я обернулся на звук и встретился взглядом с богиней, сотканной из звёзд. Моей богиней.

— Зачем ты здесь, Селестия? — спросил я, продолжая удерживать пальцами нутро Хранителя.

— Прости, что вмешиваюсь, мой бог, — она посмотрела на меня ошарашенно и склонила голову. — Вижу, что ты вернул память и силу…

— Ближе к делу, — поторопил я её. Источник жизни в Траске бился в конвульсиях. Долго я его не удержу, скоро он и сам растворится, разве что я снова подпитаю своей силой.

— Я лишь хотела напомнить, что ты завязал всю энергию на Хранителей, — сказала богиня и вздрогнула от моего взгляда. — Как только ты уничтожишь последнего Хранителя, этого мира не станет, как и всех миров, которые ты создал.

Глава 22

Передо мной на миг появилось моё собственное лицо в обрамлении звёзд. Громовержец где-то на заднем плане моего сознания расхохотался, а я чуть не дёрнулся и не уничтожил едва теплившийся отголосок жизни в Траске. Ну да, эту маленькую особенность энергообмена я совершенно не учёл в пылу битвы. А всё потому, что сосредоточился на уничтожении Хранителей ещё до того, как впитал своё божественное воплощение.

Траск распахнул глаза, и наши взгляды встретились. От него полыхнуло надеждой, что ещё не всё потеряно.