— В тебе проснулась кровь предков, наделила тебя магией, — сказал я серьёзно. — А ты до сих пор считаешь себя недостойным. Это не дело.

— Пусть лучше Маша получит элементаля, — ровно сказал Борис и отодвинулся от прозрачного элементаля.

— Это решать не тебе и не ей, — в моём голосе появилась сталь. — Решать только элементалю. И он выбрал тебя. Если ты отказываешься — твоё дело, но убеждать того, кто является квинтэссенцией силы, я не рекомендую.

— Тогда я согласен, — мрачно кивнул Борис.

— Эй, вообще-то я первая выбрала элементаля, — воскликнула Пожарская. — Сначала моя очередь…

— Ты меня не слушала да? — перебил я Ксению. — Ты не могла никого выбрать. Это тебя выбрали.

— Ну пусть так, но я же первая была, — протянула она обиженным тоном.

— Ваша связь еле заметна, — осадил я её. — Возможно, слияние не произойдёт в ближайшее время или вообще никогда. Не веди себя как капризный ребёнок, Ксюша. Речь идёт о высоких материях, а не о твоих желаниях.

— Прости, — тихо сказала она. — И вы простите, элементальчики. Просто я всю жизнь мечтала…

Ксения не договорила, топнула ногой и отвернулась. Ну чисто дитя малое, а не княжна!

Я пожал плечами и шагнул к Борису. Процесс слияния прошёл ещё быстрее, чем у Саши с его барсом, который сейчас отфыркивался и млел на руках хозяина. Когда я закончил, на плече Бориса с громким хлопком воплотился белый сокол, причём он был не птенцом, а уже вполне взрослой птицей.

Пожарская не удержалась и рванула к соколу, пытаясь хотя бы его коснуться, раз уж другие питомцы не даются. И она была освистана пронзительным криком, похожим на «кик-кик», а потом сокол её ещё и клюнул от всей души в протянутую ладонь. Я вздохнул и присмотрелся к её связи с красным элементалем — в принципе, можно попробовать.

— Иди сюда, — позвал я Ксению. — Стой спокойно, пока я пытаюсь вас связать, поняла?

— Конечно-конечно! — она замерла, широко распахнув глаза и не мигая.

Я же потянулся к красному и начал процесс слияния. Давалось туго, энергия элементаля казалась колючей и комковатой, она будто застревала в моих руках. Но в итоге всё получилось, только вот шок Пожарской испортил впечатление от моих стараний.

— Что это такое? — вскрикнула она.

На ладони Ксении лежал птенец — слепой, голый с небольшим пушком и синеватой кожей. По размеру он был с ладонь Пожарской, а по виду — словно цыплёнок ощипанный.

— Почему всем достались красивые питомцы, а мне — вот это? — чуть не плача, спросила Ксения.

— Потому что твой элементаль был слишком слабым и принял форму, которая соответствует его состоянию, — озвучил я очевидное. — И поскольку связь между вами была очень маленькой, тебе придётся быть рядом с ним каждую минуту. Иначе я даже не знаю, что случится.

— Но он такой страшненький, — со слезами сказала она.

— Это попугай ара, — попыталась успокоить Ксению Мария Дорохова. — Я видела таких в питомнике для аристократов. Он за пару месяцев вырастет в красивую красную птицу.

— Попугай? — на лице Пожарской застыл откровенный шок. — То есть у Юры красивущий дог, у Михаила — лисёнок, у Бориса вообще снежный барс, а мне попугая?

Мне стоило огромных усилий не заржать в голос. Бедняжка княжна мечтала о большом и сильном Защитнике, а получила яркую птичку.