Данилыч защелкнул кобуру пистолета, покрепче перехватил копье, и постарался успокоить дыхание.

— … Четыре… — он нашел глазами своего бывшего командира и успокоительно кивнул.

— … Три… — огляделся по сторонам, проверяя, чтобы его команда образовала круг.

— … Два… — он обвел взглядом лица мальчишек, вцепившихся в соседские разгрузки. Увиденное ему понравилось — лица сосредоточенные, в глазах — азарт напополам с предвкушением.

— … Один…

От гудящего цилиндра, расположенного в центре ангара во все стороны хлынула полупрозрачная волна, на ходу разваливаясь на разноцветные воронки.

Последнее, что он увидел, как к его четверке подлетела большая золотисто-серая воронка.

Интерлюдия. Пустыня. Саша и Вика

Бам!

Один из двух всадников опрокинулся назад и выпал из седла. Второй, не став испытывать судьбу, щелкнул хлыстом, цепляя уздечку, и завернул своего верблюда в сторону. Два удара сердца, и он исчезнет за барханом. К тому же он вел верблюда прямо на солнце, а значит стрелок будет слепнуть при прицеливании из своего странного артефакта.

Бам!

Под лопатку с силой ударила стальная оса и кочевник свалился на песок, так и не доскакав до бархана.

— Вика, пойдем! — Коренастая, плотно сбитая девушка, больше похожая на мужчину, закинула винтовку за плечо и зашагала вперед.

— Иду, — отозвалась её высокая, стройная подруга с огненно-рыжими волосами, убранными под косынку. — Саш, как думаешь, когда они успокоятся?

— Пока не поквитаются, — ровно ответила Александра Бойко. — Третий день уже выматывают.

Можно сказать, девушками не повезло. Стоило им вывалится из воронки на песочный бархан, как их тут же окружили кочевники. Будь Саша с Викой мужчинами, может быть, все обошлось разговором и пополнением каравана. Но две белокожие девушки, упавшие в руки одного из местных атаманов — были самым настоящим подарком небес.

А от подарков, как известно, грех отказываться.

Хрупкую золотоволосую неженку Гарым решил забрать себе, а её не такую аппетитную подругу отдать своим воинам. Но стоило Гарыму сделать пару шагов, мысленно представляя вечерние забавы с златовлаской в своём шатре, как красавица презрительно поморщилась и достала с пояса короткий жезл.

Бух!

Гарым, уважаемый на расстоянии в пять дневных переходов в любую сторону Пустыни, упал с аккуратной дырочкой во лбу. К счастью, пожилой уже, по меркам Пустыни, аксакал не видел, как беззащитные девушки при помощи своих коротких жезлов расправились со всеми его воинами.

Вот только Вика с Сашей, после скоротечного избиения местных, так и не смогли поймать испуганных выстрелами верблюдов. Пленных девушки оставить не пожелали. Из-за Вики.

Прочитав мысли Гарыма и его воинов, она не смогла сдержать омерзения, перемешанного со страхом и отвращением. Ну а Саша, по которой ударило эмоциями подруги, вспомнила про пленных только тогда, когда все охочие до любви кочевники валялись на песке.

Вот и пришлось бросать все как есть и пешком идти куда-то вперед. Туда, куда до этого двигался караван.

И если для девушек Пустыня казалась бесконечной и пугающей, то местным хватило ровно одного дня, чтобы найти перебитый караван. Товары с верблюдами исчезли в руках местных шаек, а за девушками была объявлена охота. Как за особо опасными ведьмами, которые убивают громом и взглядом.

По ночам Саша с Викой не дежурили. Спасала Викина эмпатия. Грязные мысли кочевников будили надежней будильника. Ну а Саше хватало легкого касания подруги, чтобы вынырнуть из сна, опустить на глаза прибор ночного видения и «прогреметь» пару раз из винтовки.