– А куда? Они говорили, где это?

– Нет. Он просто уговаривал её поехать к нему. А это могло быть в любом из районов города.

– Да уж, могли поехать куда угодно. Только где его искать теперь? – спросил Карелла.

– А мне-то к чему все это было знать? – сказал Кривой. – Парень хочет чем-то помочь девчонке, у которой разболелся живот, пусть себе помогает. Хочет он приложить ей что-нибудь к голове или ещё к чему, пускай себе кладет, что хочет, мне-то какое может быть до этого дело?

– Вот он и приложил кое-что, вернее, привязал, только не к голове, а к ногам, – сказал Карелла.

– Что?

– Я говорю, что он привязал ей к ногам груз весом фунтов в сто, чтобы она подольше не всплывала на поверхность.

– Он утопил ее? – спросил Кривой. – Вы хотите сказать, что он утопил эту девушку?

– Нет, он...

– Такая смелая девчонка. Как она здесь держалась. Даже матросы и те у меня дергаются. Она, правда, ревела, а потом и заблевала тут все, но все-таки дотерпела до конца. Это же надо, её мутит от страха, а она все равно возвращается. Нет, для этого нужна смелость.

– Вы даже и не представляете себе, какая смелость нужна для этого, – сказал Карелла.

– А он потом взял да и утопил её, ну, как вам это нравится? Подумать только!

– Я не сказал, что он ее...

– Ужасная смерть, – сказал Кривой, покачивая головой. Нос у него был красный и набрякший. На лбу вздулись вены. Единственный глаз тоже налился кровью, От него несло дешевым вином. – Надо же. Утонуть. Ужасная смерть, – повторил он. – Утонуть.

Они отправились в этот китайский ресторанчик сразу после того, как вышли из банка. Там они положили деньги Приссилы на его счет, а теперь, когда она уже успела наглотаться мышьяка, завершение дела было вопросом времени.

Он следил теперь за ней взглядом удава, предвкушающего легкую добычу. Улыбка блуждала по его лицу. Он надеялся, что она не слишком скоро почувствует тошноту и что с ними не произойдет повторения прошлого раза. Да, тогда получилось довольно неприятно. Даже внешне красивые женщины утрачивают свою привлекательность при приступах рвоты, а женщины, которых он убивал раньше, и та, которую он убивал сейчас, особой привлекательностью не отличались и в нормальном состоянии.

– Здорово-то как, – сказала Приссила.

– Еще чаю, дорогая? – осведомился он.

– Да, пожалуйста. – И он налил ей из маленького пузатого чайника. – А ты что, не любишь разве чай? – спросила она. – Ты к нему даже не прикоснулся.

– Нет, недолюбливаю его, – сказал он. – Я поклонник кофе.

Она приняла у него налитую чашку.

– Ты уже положил сахар? – спросила она.

– Да, – сказал он. – Я уже все в него положил. – И он улыбнулся своей мрачной шутке.

– Из тебя получится просто великолепный муж, – она плотно наелась, теплота её убаюкивала, её даже чуть клонило ко сну. Сегодня они будут мужем и женой. У неё было ленивое и благодушное настроение, она чувствовала полную гармонию с миром и с собой. – Да, ты будешь просто великолепным мужем.

– Да уж, постараюсь, – сказал он. – Мне хотелось бы сделать тебя самой счастливой женщиной в мире.

– А я уже самая счастливая женщина в мире.