Вот тоже странно, этому-то мальчику на побегушках я когда дорогу перейти успел?

Настя меня своим вниманием не удостоила вовсе, а Юлия хитро сверкнула васильковыми глазами, что-то шепнула подруге и свернула к уборной. Там она надолго не задержалась, а после за спутниками не пошла, направилась ко мне.

— Развлекаешься? — спросила барышня, поправив свисавшую с плеча на длинном ремешке сумочку с золочённым замочком.

— Да вот на танцы выбрались, — пояснил я, испытывая странную неловкость.

Юлия Сергеевна окинула пристальным взглядом террасу, заметила Лию и уточнила:

— Всё ещё крутишь роман со своей курносой малышкой?

Ответить не успел: от буфета подошёл с двумя кружками пива Василь, и случилась неловкая пауза. Застигнутая его появлением врасплох барышня принялась накручивать на палец цепочку с подвеской в виде золотой рыбки, и я поспешил сгладить неловкость момента.

— Юлия — это Василь. Василь — это Юлия.

— Очень приятно, — холодно улыбнулась госпожа Карпинская, развернулась и зашагала по аллее.

Василь присвистнул.

— Вот это штучка! — Он проницательно глянул на меня и вдруг уточнил: — Погоди, у тебя с ней что было?!

Я забрал одну из двух кружек, сделал длинный глоток холодного горьковатого пива и попросил:

— Только между нами.

— Ну ты даёшь! — поразился мой товарищ. — И ты её на Лию поменял? Обалдеть!

— А что не так с Лией? — нахмурился я.

— Да всё с ней так, — уверил меня Василь. — Но тут же совсем другой класс!

— Мне класс Юлии Сергеевны до одного места, знаешь ли. Мне с ней на светские рауты не ходить.

Василь оглянулся и посмотрел вслед дворяночке, затем приложился к запотевшей кружке, поскрёб затылок и признал:

— И в самом деле. Ладно, пойдём, а то нас потеряли уже.

Но нет, не потеряли. Когда подошли к столу, Лия взахлёб рассказывала Маше о своём замечательном наставнике и его индивидуальном подходе к обучению; меня из-за этого вновь покоробило. Быстренько ополовинил кружку и утянул барышню танцевать.

Пробыли мы в городском саду до позднего вечера. Дневная жара отступила, но свежести не прибавилось ни на грош, наоборот — навалилась духота, возникло ощущение приближающейся грозы.

— Ночью дождь будет, — заметила Лия, когда мы, распрощавшись с остальными, двинулись от горсада к студенческому городку.

На улицах в центре Новинска повсеместно горели электрические фонари, хватало и припозднившихся гуляк, благо комендантский час отменили ещё в последних числах июня. Частенько на глаза попадались пешие и мотоциклетные патрули комендатуры, а вот полицейских видно не было. Насколько знал, на попечении полицейского управления оставили в основном западные районы города.

Но хоть из-за ужесточения режима на улицах стало куда меньше всякого хулиганья, об осторожности я не забывал и внимательно поглядывал по сторонам, попутно играл с настройками заземления, то увеличивая дальность своего ясновиденья, то пытаясь сосредоточить его в определённом секторе и отсечь случайные помехи.

— Останешься на ночь? — спросил я Лию будто между прочим.

— Ага, — улыбнулась барышня, взяв меня за руку. — Только заведи будильник на пять утра — у нас завтра групповой выезд за город. Гера считает, что мы уже готовы в полную силу работать.

— Серьёзно? — удивился я.

— Ну, Петя! Мы два месяца взаимодействие отрабатывали! А на следующей неделе вообще куда-то под Зимск поедем.

— Это зачем ещё? — неприятно поразился я.