|
Но, каковы бы ни были намерения мудрых вождей, информационная блокада вокруг событий в Польше оказалась таким образом отменена, людей заставили говорить, думать, и кто знает, до чего бы они додумались, начнись этот процесс пораньше? К сожалению, лидеры «Солидарности» слишком осторожничали, боясь «спровоцировать» могучего соседа, хотя, казалось бы, ясно, что «старший брат» и без дополнительных провокаций сделает все, что только сможет.
16 Миф о вторжении
Вернемся к апрельской тайной встрече тт. Андропова и Устинова с тт. Каней и Ярузельским в г. Бресте. По сути дела, именно на ней и решался вопрос о будущем военном положении. Возвратись, вышеозначенные тт. доложили политбюро о проделанной работе.
АНДРОПОВ. Мы с т. Устиновым Д. Ф. в соответствии с договоренностью с польскими товарищами выехали в Брест и там, вблизи Бреста, в вагоне состоялась наша встреча. Встреча началась в 9 часов вечера и закончилась в 3 часа ночи с таким расчетом, чтобы польские товарищи не обнаружили себя, что они куда-то выезжали. Задача, которая была поставлена перед нами, состояла в том, чтобы внимательно выслушать польских товарищей и дать наши соответствующие разъяснения, как мы условились на заседании Политбюро. Общее впечатление от нашей встречи с товарищами таково, что они были в очень напряженном состоянии, нервничали, было видно, что они задерганы. Тов. Каня прямо сказал, что им очень тяжело вести дела, на них наседает «Солидарность» и антисоциалнстические силы. Но вместе с тем, они заявили, что после XXVI съезда КПСС обстановка в Польше идет по пути стабилизации. Каня сказал, что они провели отчетно-выборные собрания в большинстве первичных партийных организаций и характерно отметить, что в число делегатов не попал ни один человек, принадлежащий к «Солидарности», то есть на съезд прошли наши кандидаты. Затем т. Каня вынужден был сказать, что последующие события, в частности, предупредительная забастовка, события в Быдгоще показали, что контрреволюция сильнее нас. Они особенно боялись предупредительной забастовки и еще больше всеобщей забастовки, делали все, чтобы не допустить всеобщей. (…) Какие задачи стоят перед нами, сказал т. Каня. Прежде всего это восстановление доверия народа к партии, налаживание экономической жизни, ликвидация забастовок и простоев на предприятиях. Конечно, опыта борьбы у польских товарищей с этими негативными явлениями нет, поэтому они сейчас не знают, какие методы применить и шарахаются из стороны в сторону. Что касается ввода войск, то они прямо сказали, что это совершенно невозможно, точно также нельзя вводить военное положение. Говорят, что их не поймут, и они будут бессильны что-либо сделать. Товарищи подчеркнули в беседе, что они наведут порядок своими силами. Имеется в виду, что IX съезд, к которому они сейчас готовятся, не даст возможности «Солидарности» провести своих кандидатов в качестве делегатов. В партийных организациях выбирают на съезд в качестве делегатов хороших рабочих. В беседе т. Каня отметил также, что польский народ очень чувствителен к правдивым сообщениям. Например, они объявили о съезде, затем стали дело вести к тому, чтобы съезд отложить, а потом снова сказали, что съезд будет проходить. И вот такая заминка в сроках проведения съезда очень сильно сказалась на положении дел в стране в том смысле, что доверие к партии еще больше пошатнулось. Мы в свою очередь сказали твердо польским товарищам, что противник на вас наступает, у него имеются преимущества, вы же отступаете, причем упустили время. Можно было в сентябре 1980 года дать серьезный бой противнику. Но вы ничего не сделали, не приняли никаких мер — ни политического, ни тем более административного характера. Мы особо подчеркнули, что нельзя противопоставлять меры военно-административного характера политическим мерам. |
