К тому собственно и сводится так называемый «новый мировой порядок»: все та же старая, двухсотлетняя утопия, навязываемая нам всеми правдами и неправдами. Подобно Бурбонам в годы после Реставрации, наши утописты не вынесли для себя никакого урока из своего бедственного прошлого: сталкиваясь с пережитками коммунизма в Китае и Северной Корее или с рецидивами его в России, они по-прежнему произносят слова умиротворения, призывая к «невмешательству в чужие внутренние дела» и «влиянию через сближение». Как если бы последнее десятилетие не представило бесспорных доказательств того, что коммунистическую систему реформировать невозможно, нас по-прежнему побуждают «поддерживать реформы» в России посредством торговли и займов, дешевых кредитов и предоставления статуса наибольшего благоприятствования. И десять лет спустя, когда грянула сенсацией вполне реальная угроза, эти люди и сейчас отмахиваются о нее, изображая изумление.

Сама по себе идея мирового порядка, вводимого и поддерживаемого неким всемирным правительством, — по самой своей сути утопическая греза; однако, когда она проводится в жизнь прогнившей политической «элитой», которая заражена потерпевшей крах идеологией и преследует свои узкие интересы, такая идея немедленно превращается в несчастье для человечества. Не говоря уже о таких явных примерах, как Сомали и Югославия, даже на Ближнем Востоке «мирный процесс» обрел все черты нарастающей катастрофы: он уже обошелся Израилю в большее число человеческих жертв, чем потеряла страна за время Шестидневной войны. Чего иного можно ожидать от «мирного процесса», тайно состряпанного в Норвегии международной социалистической номенклатурой?

Однако основные последствия еще впереди, и их следует ожидать не только на Ближнем Востоке: попробуйте сегодня остановить террориста, когда каждому из них сияет яркий пример Ясира Арафата. Нравственный эталон «нового мирового порядка» может быть, следовательно, сформулирован так: если у тебя хватает выносливости долго истреблять невинных людей, то ты уже не террорист, а государственный деятель и лауреат Нобелевской премии мира. Можете быть спокойны, подобная точка зрения не прошла незамеченной ни для активистов движения «Хамас», ни для ИРА в Северной Ирландии, ни для различных группировок, сражающихся в Боснии, где чуть не каждая деревня провозглашает себя отдельным «государством» со своим собственным «правительством». При таком мощно притягательном возбудителе что толку держать в Боснии войска ООН или изображать международное посредничество!

Пожалуй, пример Боснии особенно нагляден для иллюстрации той неразберихи, которую создали утописты, сторонники «нового мирового порядка», и может служить провозвестником грядущих событий. Уму непостижимо, как этим мудрецам могло прийти в голову создать независимое государство, управляемое мусульманским меньшинством (43,6 % по переписи 1991 года), из бывшей югославской провинции, которая никогда, по крайней мере, последние 500 лет, государством не была! Что это, попытка продемонстрировать свое непредвзятое отношение к мусульманскому миру? Или же утопический эксперимент с целью доказать, что лев и агнец могут сосуществовать бок о бок? Возможно, мы никогда этого не узнаем. Можно только констатировать, что это решение было вынесено с полным пренебрежением к чаяниям местного населения. Сербы, составляющие крупнейшее национальное «меньшинство» (31,2 %) в первую очередь протестовали против всяческих попыток отделить их от собственно Сербии, единодушно бойкотируя так называемый «референдум» 1992 года. Ну и что, подумаешь! Являясь самыми рьяными поборниками «прав меньшинств» там, где это отвечает их идеологическим устремлениям, наши утописты, сторонники «нового мирового порядка», полностью игнорируют их там, где им это невыгодно (к примеру, в Южной Африке, где даже зулусы не сумели завоевать их расположения!) И вот боснийские сербы, напрасно выступавшие с протестами, проснулись в один прекрасный день в «независимом» мусульманском государстве.